Миномет

Бьёт миномёт, накрывая атаку,
Земля захлебнулась в разрывах и стонах.
Крики отравленных лучших сынов
Глохнут навеки в обугленных зонах.

Сложно родиться — сквозь крик и сквозь свет,
И так незаметно исчезнуть во мраке.
Что стоит жизнь? — лишь оборванный след
В сырой, равнодушной могиле проклятой.

Ладонь привыкает к винтовке, как к боли,
Пальцы срастаются с холодом стали.
И сердце уже не дрожит поневоле —
Оно просто бьётся… пока не сломали.

Перезаряжай. Стреляй. Снова и снова.
В этом есть смысл и ответ.
Но каждое «после» становится новым
Шагом туда, где нас уже нет.

Надорванный голос сквозь гул и сквозь страх:
— Живой?..
— …если слышишь — работай.
И эта надежда дрожит на губах,
Как пепел, что падает серой золой.

Стеклянные взгляды — без боли без снов,
Они провожают разрывы безмолвно.
Стеклянные — значит уже без оков,
Но это свобода, что пахнет землицей сырой.

И где-то внутри, под градом огня,
Где память ещё не успела разбиться,
Живёт тихий ужас: не смерть ждёт меня,
А то, что придётся таким же вернуться.