святая

Гибну я, вихрем крадя хрусталя часы,
Времени тайные путы и чёрные
Души людские, на взмахе ночной косы
Жатвой скосивши миазмы озёрные.

Вдруг, забывая о святой в тоске лагун,
Вновь мне виднеется ножка хрупкая;
Будет она величавее всех драгун,
Именем названных «крепость неприступная».

Тонким покровом цветают её черты
В роспуске шали из бархата нежного;
Плечи покатые отблеском глаз чисты,
В призраке талии всполоха снежного.

Платьем окутана, тканью ветвей шальных,
Ползущим шёлком на обвитые коконы,
Мёртвый пленяется взор, как сирот немых;
Взгляды пленят родимые те локоны.

вечной зарёю безмерность пряла в ночи
взором теряя оттенки губителя
части злодея рукою небес мрачи
Ведь мне положены мерности зрителя   


Рецензии