Платок

Семь утра. Твой узел затянут до боли.
Ослабишь на миг — и всё рухнет к ногам.
В сумке — ключи, счета и чужие роли,
Ты жизнь раздаёшь по минутным кускам.
Сумка тянет плечо — в ней не вещи, а годы:
Списки дел и звонки, и чужая печаль.
Ты — локомотив, не знающий непогоды,
Та, что всех бережёт, уходящая вдаль.

Этот платок на шее — твоя личная крепость,
Он душит и держит, храня твой секрет.
Но среди белого дня эта сила — нелепость,
Если в сердце твоём гаснет солнечный свет.

Вечер зажёг огни. Город тих за дверями.
Ты застыла в прихожей — один на один.
Снова «всё решено» за чужими ролями,
Но в стекле — только блеск серебра и седин.
Смотришь прямо в глаза — в них застыла усталость,
Строгость фраз и костюм — твой надёжный редут.
Где ж та девочка, что там, в прошлом, осталась?
Та, которую дома любимой зовут…

Этот платок на шее — твоя личная крепость,
Он душит и держит, храня твой секрет.
Но среди белого дня эта сила — нелепость,
Если в сердце твоём гаснет солнечный свет.

Чайник щёлкнул на кухне — привычно и глухо.
Ты стоишь у стола, не снимая пальто.
День отзвенел, как пустая стеклянная муха,
Снова «должна»… но на сердце — не то.
Я просто ладони на плечи кладу,
Я забираю твой вечный, больной телефон.
Я развязываю узел… прогоняю беду,
Платок скользнул на паркет… улетает твой сон.
Девочка моя… ты не броня. Ты живая.
Ты… просто права.

Этот платок на полу — это просто лишь ткань.
Он помнит твой вдох и твоё золотое тепло.
Сброшена старая, горькая, душная грань —
Светло. Наконец-то нам обоим светло.