И даже, когда я птиц нащупываю взглядом...

И даже,
когда я птиц нащупываю взглядом
в ликующей отвесной вышине
я чувствую незримое твоё               
присутствие:
ты там - меж лбом и небом,
меж челом и чудом
простёртой птицы.
А когда на землю
случится мне, в раздумье, обратить
потухший взор иль истины взыскующий пытливый
задать вопрос
песку иль чернозёму,
иль щебню с глиной -
там тоже ты примятою встаёшь
травой
из-под моей стопы,
навстречу солнцу расправляя плечи.
Одёсную, ошую - тоже ты
и за спиной, крадёшься повторяя,
мою походку, жесты: обернусь -
и ты отпрянешь чутко вслед за мною...
Так дети потешаются над взрослым  -
за спину прячась, вслед за ним идут
и повторяют все его движенья...
Но я-то помню: сзади ты всегда.

А если вдруг на празднике, на нашем незабвенном
я в пляс иду, вверх руки подымая,
и музыке хромой, веселью с грустью в такт
плещу расстёгнутыми рукавами
рубахи, то как в сказке - не поверишь -
из горького вина твоих обид,
раплёснутого левым рукавом,
созиждется вдруг озеро, а следом
из косточек всех наших недомолвок -
из правого - два лебедя, явясь, как бы из снов,
по нём бок о бок медленны, прекрасны
плывут или стоят - и не поймёшь...
Когда ж мне руки положив на плечи,
когда ж на талии мои ладони
по-юношески, чуть вспотевшие, сомкнув,
приблизятся вплотную наши лица,-
тогда шепну на ушко: " Узнаёшь?
Ведь это мы..."
Не странно ли,
но я смотрю на вещи
твоим давно и несомненно взглядом,
как будто - сквозь твоё со мной единство
нерасторжимое
и, если хочет убежать решиться
тот каторжанин, - только с кандалами...
С наручниками - тот оговорённый,
что взят под стражу по следам горячим
ошибкою, поспешным произволом,
в нелепости своей катастрофичным.
...Поверь мне на слово -
всё это мы.

Апрель 2026г