Моя родная гимназия. Школа моей жизни

Мы все учились как придётся и кто же в этом виноват?!
   
    Школа. Когда погибла та милая девочка чистой воды юное создание, мы все молились о спасении души и чтобы Бог пощадил нашу школу от разорения. О спасении души девушки молиться было незачем. Это был чистый небесный ангел. Её сбила машина, но поговаривали, что её преследовали за чистую душу. Как мне это знакомо?! Я сама прошла через это - 7 клинических смертей и 15 потерь сознания. Да батюшка просто кричал на до мной, что меня не принимает жизнь! Смерть, защита в космосе, опять сюда домой к маме, к родным. Опять вылет. Итак беспрестанно. И вдруг голос мамы - дайте мне её сюда.
    Она берет меня на руки, касается пряди пепельных волос и строгим голосом спрашивает: ты будешь учиться?! -Да!, со стоном вырывается из моей груди, как-будто бетонная плита свалилась с груди тяжестью в 1000 кг. Неправильный спасатель, заразивший болезнью,  неправильное лекарство смертельно опасное, неприменимое в этом случае. И мама, просто мама. Её слово закон.
"Ну вот, она жива! Полюбуйтесь, порозовела.
И я искалеченным ртом: только не пеницилин!
   -Подожди, мама подошла ко мне, взяла меня на руки. Тебе не подходит пеницилин.   
   -Нет, не в этом случае.
   -Привезите ей дорогой антибиотик. Точно?!
   Я отрицательно мотаю головой.
   -Всё она будет спасена. Живи.
   С этими словами моя молодая мама вышла из палаты и она пошла к моей настоящей маме, метавшейся в агонии между небом и землей. Я опять улетела. За неё вцепились. Ад. Я оборвала их руки и они перестали их тащить. Мама. Она очнулась и застонала: детка! -Я здесь закричала я изо всех сил из другой палаты. Мы выжили. Корявая выбитая челюсть не слушалась, из зубов было два, изо рта воняло тиной.... Эстетика смерти?! Нет, никогда, только жизнь.
    Обычный погожий день, мы идём в школу с подругой и напеваем все детские песни подряд: в траве сидел кузнечик, вместе весело шагать, дружба начинается. Димка Иванов обгоняет нас на велосипеде:
   -Эй, вы математику выучили?
   -Да! кричим мы!
   - А я что-то не смог выучить?!
   Саша Астафьева говорит: а мы очень хорошо выучили, я на четыре! "А ты? Скажи на пять?!", шепчет она мне.
   -Диман, ну прости, я на три только выучила.
   -А я вообще на два выучила! - смеётся Саша, понимая мой замысел.
Димка, заглядываясь чуть не сваливается  с велосипеда.
   -Дим, да, ты не расстраивайся, школа подумаешь там, вот жизнь - это грандиозно! Там всё поправимо. - говорю я.
   -Это тебе замуж не надо, а то бы мы тебя на велике даже догнали бы и перегнали, - вторит мне Саша.
   -Вы что, вообще не учили? Колхозницы, - присоединяется Павел Первушин.
   -Нет, Паша, нам только в колхоз! Поправлять вас там будем. - говорю я.
   -Наехали на тебя?! Это они тебя с велика сбросили, - кричит Димка Усков.
   -Не, мы его только за колеса дёргали, чтобы он в забор не врезался! - говорю.
   -И на юбки короткие не пялился! - Саша. Моя Саша. Мы хохочем и забегаем в раздевалку! Элитные места на сменную обувь - наши.
    4-ый класс! Уже весна. Ой жара такая, а вы как одеваетесь так холодно? - спрашивает Ольга Афанасьева. Саша наступает мне на ногу, молчи про трусики-шортики. -А мы случайно гамаши первый раз забыли, но такое солнышко! Мы улыбаемся и идём в класс.
    Вспоминаю уроки английского языка, как здорово были транскрипции, теперь темы. Словарный диктант. Ох, как мы только не готовили слова. В ход шло всё. Лишь бы выучить. Мы с Сашей придумывали разные способы (линейки, шпаргалки под тетрадь) и учителя никогда не гоняли за это. Она сдала диктант на 5. Её хвалила мама. Какие же мы были счастливые. Дальше больше Французский. Мы тоже учили вместе. Геометрию объясняла она мне. Говорит, это  просто, надо выучить как стихи, ты же уже любишь стихотворения и показала мне ритм. Позже более сложные теоремы объясняла мама дома.
    А как это было здорово бежать домой из школы, расстегнув плащи и мотая портфелями. Мы бежали навстречу солнцу! А когда попадали в долгий тенёк шли и ждали новой полянки.
    Самые весёлые воспоминания связаны со школой. С выходными днями и застольями, приготовленными печеньями и выпечкой. А Оли Суворовой мама приготовила желе. И Оказалось, что мужчины не любят пирожки. А желе уплетали все.
     To be continued...