Месмер и эпоха. Глава 20. Дипломатия Зимнего дворц

http://stihi.ru/2026/04/08/6249
Россия в правление Екатерины Второй
Краткий, но всесторонний обзор.

С парадным портретом Екатерины Великой кисти Федора Рокотова.
Это вставная глава-исторический обзор.


Здесь иллюстрация:

«Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке» Владимира Боровиковского.

Владимир Лукич Боровиковский в конце 1800-х — начале 1810-х годов написал императрицу в более неформальной обстановке — на прогулке в парке. Екатерина одета по-домашнему — в салопе и чепце, но фон картины аллегоричен: на одном из вариантов изображена Чесменская колонна, на другом — Кагульский обелиск, символизирующие победы русской армии и флота.

Хотя действие происходит не во дворце, картина передаёт атмосферу эпохи и может быть использована для контраста с официальными портретами.

Главы см.:

http://stihi.ru/2026/02/15/6853
Ссылки глав романа Месмер и эпоха Великой франц. революции

.
http://stihi.ru/2026/02/21/5916
Месмер. Глава 11 Переписка двух королев
С портретом императрицы Марии-Терезии


Предыдущая глава 18
http://stihi.ru/2026/03/19/5561
Месмер. Глава 18. Дипломатические коллизии 1779 г.

И продолжение контекста ниже.


Глава 20. Дипломатия Зимнего дворца, Россия.


Дипломатические расчёты в Зимнем дворце
Время: весна 1779 года, полдень.
Место: кабинет императрицы Екатерины II в Зимнем дворце, Санкт;Петербург.

Кабинет был обставлен со сдержанной роскошью, подобающей просвещенной монархине:

стены отделаны панелями из карельской берёзы;

на столе — чернильный прибор из малахита и стопка депеш из Европы;

у окна — глобус и астролябия;

над камином — портрет Петра I в золочёной раме;

в углу — бюст Вольтера, подарок от философа.

Екатерина в утреннем платье из голубого бархата с жемчужной вышивкой сидела у камина. На коленях — раскрытая книга Дидро, но взгляд императрицы был устремлён в окно, на Неву, где покачивались мачты военных кораблей.
Рядом стояли двое: князь Григорий Потёмкин, в мундире с орденами, и вице;канцлер Иван Остерман, седовласый дипломат с проницательными глазами.

Екатерина (откладывая книгу):
— Итак, господа, что нам сообщают из Парижа? Говорят, Людовик рассеян, финансы Франции в упадке, а народ ропщет из;за цен на хлеб. Не слишком ли мрачную картину рисуют наши агенты?

Остерман (раскрывая папку с донесениями):
— К сожалению, ваше величество, сведения подтверждаются. После Семилетней войны казна Франции истощена. Король сократил расходы на флот, займы дорожают, а зерно приходится закупать по спекулятивным ценам. Англия, пользуясь слабостью Парижа, подкупает голландских купцов, чтобы те задерживали поставки.

Потёмкин (усмехаясь):
— Хитро. Лондон хочет задушить Францию голодом и кошельком, не обнажая шпаги. Но и мы не лыком шиты.

Екатерина (поворачиваясь к Потёмкину):
— Вы предлагаете дать Франции кредит, Григорий Александрович? Под умеренные проценты и с условием торговых привилегий для наших купцов?

Потёмкин:
— Именно так, матушка. Бордо и Марсель откроют порты для русских кораблей, а взамен получат зерно из Новороссии. Народ успокоится, Людовик вздохнёт свободнее, а мы получим рычаг против Англии.

Остерман (осторожно):
— Но, ваше величество, не вызовет ли это подозрений у Пруссии? Фридрих II следит за каждым нашим шагом. Если он решит, что Россия и Франция сближаются…

Екатерина (спокойно):
— Фридрих умён. Он поймёт, что это не союз против него, а мера против английской экспансии. К тому же, мы предложим Парижу не военную помощь, а экономическую. Пусть французы думают, что спасают себя сами.

Потёмкин:
— А если Людовик заупрямится? Его двор полон советников, шепчущих о «русской угрозе».

Екатерина (улыбаясь):
— Тогда, князь, вы напомните им, что угроза бывает разной. Одна — в пушках и штыках, другая — в мешках с зерном и звонкой монете. Франция сейчас нуждается в последнем больше, чем в первом.

Остерман:
— Разрешите подготовить проект соглашения, ваше величество? Я включу пункты о льготах для русских купцов в Бордо и Марселе, а также о гарантиях поставок зерна.

Екатерина:
— Действуйте, Иван Андреевич. И пусть курьер отправится в Париж с личным письмом к Неккеру. Напишите так… — она на мгновение задумалась. — «Мы готовы помочь дружественной державе в трудное время, ибо стабильность Франции важна для равновесия Европы».

Потёмкин (почтительно):
— Мудрое решение, государыня. Париж оценит и помощь, и такт.

Екатерина (вставая и подходя к окну):
— Равновесие, господа. В этом вся суть. Мы не должны ни сокрушить Францию, ни позволить Англии её задушить. Пусть Париж сделает выбор сам — но так, чтобы этот выбор был нам выгоден.

Она посмотрела на корабли на Неве, затем обернулась к собеседникам:

— А теперь, господа, пора к делам повседневным. Остерман, займитесь депешами из Вены. Григорий Александрович, проверьте готовность черноморского флота. И помните: дипломатия — это искусство делать так, чтобы другие хотели того, чего хотим мы.

Министры поклонились и направились к двери. Екатерина вновь взяла книгу Дидро, но её взгляд всё ещё был устремлён вдаль — туда, где за горизонтом лежала Европа, полная интриг, союзов и возможностей.

Конец главы.


08.04.2026 16:28