Есть место благостное

Искал пописать можно где
Иван Иваныч Городской.
Где меж домов, — смотрел везде, —
Есть место благостное, ой.
Ну, ой... и ой, никак не мог
Безлюдный отыскать приют
Своим намереньям. И строг
Взгляд мельтешащий, экий труд!
И шел, и шел, уж вечер валит,
А он все меж людей шныряет,
Вокруг смеются, кошка гадит...
Он обоссаться как не знает.
И долго шел, уж ночь легла
На город, на смурное небо.
Идет, идет, «ну, брат, дела»
Вопит предчувствие, и грубо
Иван Иваныч ткнулся в дверь.
И смотрит: то избушка что ли...
И осмотрелся: лес кругом теперь.
Он заблудился, тяжки вопли
В себе терпя, кряхтя, страдая.
И ничего не видя ж — шагом
Быстрым себе в терпеньи помогая,
И пританцовывая, веря (матом),
Что уголок заветный рядом...

— Ты кто? — услышал сквозь терпенье.
И смотрит: дверь открыл старик.
Ужасен видом. Демонов скопленье
На скошенном лице, безумный лик
Столетнего и высохшего старца
Вошел до сердца, и до пяток.
Как будто тысяча ворон со мертвеца
Слетела, да из глаз чуток,
И в душу, душу, во нутро немеющее...
И душу изнутри когтями рвущее...

— Откуда ты незнамый взялся?!? —
Вопрос вонзился как топор в колоду.
Иван Иваныч понял, что описался.
И медленно побрел, уставший, к городу.