Памяти Карандаша!

(Михаил Николаевич Румянцев: 1901 – 1983)

«Эта баллада посвящена великому артисту, который превратил маску смешного человечка в символ неугасаемого духа и профессионального совершенства.»

I. Начало пути: Рождение маски

Средь белых ночей, в Петрограде суровом,
Где ветер балтийский за ворот косил,
Мальчишка с душою и взглядом весёлым
Рисунки на вывесках скромно чертил.

Он не был гигантом, он не был атлетом,
Но в сердце горел цирковой огонёк.
Из грима, из света, из тени и смеха
Рождался бессмертный его паренёк.

**Так появился, смешной и весёлый:**
- В огромных ботинках, что вечно мешают,
- В шляпке нелепой, на самый бочок,
- Со взглядом, который насквозь проницает,
- Смешной и отважный «Карандаш»-новичок.

---

II. Золотой век: Мастер и Клякса

Тридцатые годы. Арена сияет.
Манеж замирает — выходит Артист.
Он слово как острый клинок применяет,
Он в жанре сатиры — непревзойдённый стилист.

Но что за прыжок? Что за чёрная точка?
Бежит по пятам, нарушая покой.
То **Клякса** — лохматая, его собачонка,
Скотч-терьер, ставший тенью его дорогой.
Они понимали друг друга без речи:
Один — в мешковатых штанах до колен,
Другая — такая же ростом не вышла,
Но зрителей брали в ласковый плен.

---

III. Грозные годы: Смех как оружие

Когда над страною нависла тревога,
И танки ползли, закрывая рассвет,
У Карандаша была долей дорога —
Давать на фашистскую злобу ответ.

Он Гитлера делал ничтожным и жалким,
На бочке «отходов» его малевал.
Смех был снарядом, и острым, и жарким,
Он веру в победу в сердцах зажигал.

 *«Смеяться над страхом — вот высшая сила»,* —
 Казалось, шептал его грим под лучом.
 И цирка арена в те дни становилась
 Для фронта и тыла надежным плечом.

---

IV. Учитель и Мэтр: На закате манежа

Года пролетели. Сменились кумиры.
Но он выходил, неизменно живой.
Он стал Патриархом великого мира,
Где купол небесный дрожит над страной.

Он был деспотичен в работе, до пота,
До каждой слезинки, до жеста рукой.
Ведь цирк — это радость, но всё же работа,
А слава — лишь отблеск её золотой.

---
V. Финал: Уходя в вечность

Последний поклон. Опустели трибуны.
Оркестр затих, и погасли огни.
Но в памяти нашей — и старой, и юной —
Останутся эти счастливые дни.

И он не ушёл. Он остался в эскизе,
В коротком штрихе на листе бытия.
И в самой высокой и искренней жизни,
Где плакать, смеяться учили нас зря.

Он ростом не бросок и в свете софитов,
С собачкой под мышкой, с тростинкой в руке...
Он — вечный учитель, он — главный корректор
Улыбок на нашем земном языке.
______

Его ученики (великие имена):
1. *Юрий Никулин* — постигший секрет доброты.
2. *Михаил Шуйдин* — мастер гротеска и чистоты.

 Итог пути:
- *55 лет* на манеже.
- *Миллионы* улыбок.
- *Одна* маленькая фигурка, ставшая великаном.

**Вечная память Мастеру смеха!**