Страх богатыря

В город Муром тропою некатаной,
Ночью тёмною, да дремучею,
За луною и звёздами спрятанной
Глушью Брынского леса гремучею.

Богатырь, Илья Муромец, путь держал,
Одиноко, под ноги взирающий,
Когда рядом с собою он услыхал,
Шорох вкрадчивый, да пугающий.

Пригляделся - из тёмного морока,
Там, где мхи по колено, да днище,
На него смотрят, точно на вОрога,
Леденящие душу глазища.

- Кто ты? Ежели смерть неизбежная,
То бери так, как есть, хватит щериться,
Ну, а коль Соловей – мысль мятежная, -
Выходи, будем силою меряться!

- Я – не смерть, и не знаю Соловушку,
Разгони, богатырь, ты кручинушку:
Три загадки за буйну головушку,
Попытать не желаешь судьбинушку?

Отвечал Илья Муромец доблестный:
- Так и быть, три загадки загадывай,
Если их отгадаю, то, стало быть,
Из  лесов и земель сих уматывай!

- Коль луна не сияла бы со сторонЫ,
Где так ночью темно, хоть глаз выколи,
Сколько не было – было бы видно ли
На деревьях в тот час листьев Издали?

- Так нисколько! Вопрос твой – в безделице,
Как сказать-то, да, чтоб не обидеть?
Сколько б ни было листьев на деревце,
В темноте, разве, можно увидеть?

- Ну ответь тогда: может Жар-птица ли
Выше облака, да выше солнышка,
Летать в час, когда с нЕбушка льют дожди,
Заливая весь Муром до донышка?

- Я Жар-птицу ни разу не видывал,
Только, думаю – любопытно:
Кто за облако крылья закидывал,
Тому ниже дождя и невидно.

- Хорошо, добрый молодец, - и тогда
Начал ветер дуть, ветви к земле гнуть, -
Черёд третьей загадки пришёл, она
Будет не проста, да как тьма - пуста.

Ночью тёмною, да дремучею,
За луною и звёздами спрятанной
Глушью Брынского леса гремучею,
В город Муром тропою некатаной...

Богатырь, Илья Муромец, путь держал,
Да в лесах с неизвестностью встретился,
Отгадал две загадки он без проблем,
А про третью-то - позабыл совсем.

Потому, как всё думал он о луне,
Да о солнце с дождём, ветре в дудочку,
А в то время, да только в другой стороне,
Красно яблочко, что по блюдечку...

С серединки упало, скатилося,
В даль-далеченько, в зиму стылую,
А ответит, сколь раз воротилося, -
Может витязя и помилую.

Ну, а коли не знает ответа он,
Так с собой заберу, сердечного,
И под громкий крик пуганных ворон
Превращу его в слугу вечного!

Илья Муромец палицу выхватил,
И ногой своей топнул, да сильно так,
Что вода из-под недр земных хлынула,
Содрогнулся лес, расступился мрак.

- А ну, нечисть лесная, проваливай! -
Голос ветра шум враз перекрыл, -
И с загадками вместе отчаливай! –
Но того давно уж и след простыл.

Посмотрел Илья – нету никого,
И пошёл себе дальше дорожкой,
А за ним плелась только тень его
Тёмной, зыбкой, безмолвною кошкой.

Как слуга, как раб, как прислужник тот,
Кто ни слова, ни мысли не знает,
Ходит по пятам, куда – кто идёт,
Да людей по ночам пугает.