Гу-га!

А штрафники в плен не сдавались!
В бой шли и до последнего сражались!
Ура кричать приказ был - запретить!
А я, с гу-га, фашиста буду бить!

А ну-ка, уркачи! - Гу-га! - натянем фрица!
Вперёд, мазурики! - Гу-га - не суетиться!
Не падать духом, братцы, надо воевать!
Все выбрали - "сидеть" или за родину стоять!

А был я лейтенантом, шёл сорок третий год.
И речку перейти нам предстояло в брод.
Нас семеро, по двадцать - двадцать пять.
Ушли в разведку, ночью, "языка" мы взять.

На брюхе ползали неделю мы пластом
В тылу врага, "язык" нам нужен с языком.
Не рядовой, не повар, не обершутц какой.
В цене лишь только офицер любой.

Под утро, раз, к деревни подползли.
Фашистов, не горюй, хоть пруд пруди.
Будто бы свыше нам кто-то помогал.
И Вермахт и СС сюда собрал.

Как ящерицы шмыгали полдня.
По огородам, меж сапог врага.
И за настойчивость Господь вознаградил.
Оберштурмфюрера нам в руки подарил.

Кляп в рот, но как всегда бывает сбой.
С деревни уходили со стрельбой.
Каратели неделю шли за нами по пяте,
Теперь ещё СС и Вермахт на хвосте.

Рванули лесом мы к болотам по прямой.
Следы, как лисы, заметали за собой.
Фриц, молодец, вприпрыжку драпал впереди.
Двоих товарищей мы на себе несли.

В болотах просидели до утра.
На утро, фрица, рассмотрели молодца.
Мундир и документы, всё при нём.
И возрастом как мы, а выглядит дитём.

Сам белокурый и глаза, как небо, голубые...
Что было надо?! Нос-курнос - и русские такие!
Над нами мессер, низко, пролетал...
Взглянув на небо со слезами, он, что-то прошептал.

Вот речку перешли, смогли мы оторваться.
Лежим у блиндажа, не можем отдышаться.
И губы треснули, прям насквозь, до зубов.
От пыли, грязи скрип во рту до костей мозгов.

Не все вернулись мы живыми - Господи прости!
Товарищей погибших на себе мы принесли.
Пусть враги боятся нас, не спят, страдают!
И знают впредь, что русские не умирают!

Из блиндажа вдруг шум и гам, и матом прёт.
От недоумения, нас, вновь пробило в пот.
Оттуда вышла пьяная скотина...
Хоть в звании майор, а сам дубина.

Он к "нашему" штурмфюреру сразу подскочил.
И матерясь, трофейным вальтером грозил.
Никто моргнуть и глазом не успел -
БАХ! Выстрел прямо в лоб и оберштурм осел.

Мои глаза застлала пелена.
Вот трибунал!... Опять не помню нихрена!
И слава Богу! Вышкаря никто не накрутил...
Из личного ТТ я, промеж глаз, майора замочил...

А ну-ка, фраера! - Гу-га! - натянем фрица!
Вперёд, мазурики! - Гу-га! - не суетиться!
Паскудную историю вам рассказал...
Вот так вот я в штрафбат попал...

А штрафники в плен не сдаются!
В кровище до победного дерутся!
Ура кричать, приказ был - запретить!
А я с "гу-га!" фашистов буду бить!
       29.06.2025.г. В.В.П.