Танцующая в темноте Ч. Вторая Лимб

Мысли молодой Элис были уже как мюсли после пребывания в бестиарии:

-- Что по чём в этом мире и что такое 'панк" в обширном его понимании? -- ключевое, пожалуй.

В чертог боли и моральной смерти (Лимб) её отвёз идентичный палладину Амальдосу крепкий парень 'герметик". Чертовщина меж строк скользила как дымок под потолок.

-- Что же это.. Я теряю краски Альзы. Теряю себя! Lucci, am I left to die, just sit here and crying? -- горькие слёзы так и пошли градом у заточённой 'принцессы", лицо её покраснело и, казалось, девушка теряла кислород с кандалами на руках.

Вдруг, взору её предстала светловолосая миловидная девушка:

-- Хей! Ты потерялась относительно своей ячейки? Почему считаешь себя отбросом? -- она отложила расчёску своей пухлявой рукой, бровь оказалась вздёрнута, -- может, поставить музыку, ты любишь мираж или рок?

-- Как ты... Мои мысли!? -- Элис встречала телепатов редко, но метко.
-- Ага, тангел. Я позову медсестру, успокойся сначала. -- Иви отправилась стучать в окошко камеры, миссионерские толстые косы дребезжали словно цепи на шее у Элис, коей не повезло быть заблокированной агентами, временно.
...

Уже после гамка и посиделок под поднебесные гимны группы Skillet, две девушки уж было трепались без умолку:

-- Знаешь, у нас так много общего! Покровители, музыкальный вкус.. Мне, как тангелу, не хватает одного. Человеческого фактора. -- скрещенные руки Элис слегка подрагивали, потягивая рукава вязаного кардигана нежно-розового цвета. Причёской ей служил пучок на скорую руку, казавшийся трендом в тусклом освещении полу-мрака помещения. Это была белая камера загруженной негативом ячейки карцера, буд-то в Содоме, где давно нет жизни и все фонари горят красным.
-- Милая, ты молода и красива. Хорошая девушка. Просто тебя часто приглашали танцевать на костях.
-- Ага, а мужчины могут быть коварны, любовь зла! -- огроменные глаза-топи цвета тины аж покраснели. Тангел раскинула руками, связанные золотые крылья задребежжали.
Старший хелл-хаунд питбулль прильнул к ноге, стараясь окутать даму не огнём -- воздухом.
Люцик нервно курил за спиной, лечил раны на бренном теле: "Тебе бы ещё в рот кляпа не хватало, мелкая..'

...

Дни и ночи, всё стало как одно. Элис надеялась на полный rehub. Училась бад-цзы и телепатии у Иви, обе стали неразлучны, но лишь со своими расчёсками.

-- Жизнь -- постоянная работа, душу -- выкупить..
-- Ты только учишься, дурь выйдет. Всё в порядке, всё пройдёт. -- щенячьи глазки воззрились с глубоким состраданием.
-- Но что если мне нужен дымок? Без него не отзванивают с гудков! -- который раз, щёки молодой фриковатой особы налились кровью, уши уж издавна горели и так. Агратт теряла контакт медленно, слишком медленно.
-- Смотри сама, я помолюсь за тебя, мама с тобою всегда морально. -- пальцы Иви нервно побрели к расчёске и она затянула милую песенку о принцессе Rapunzel.
У Элис Disney ассоциировался с чем-то мягким, приятным, а оригинал и того гляди манил. Иви, казалось, походила на массу розовых облаков или лесной дух сильфа.

-- Твоя звезда -- Андромеда. Не теряй удачу, Фартуна это про нас обеих. В лечении, правда, задействованы слёзы, но ты только ничего не бойся! -- прогноз пчёлки не утешительный, хотя и точный и слегка обнадёживал.

Они ещё немного посидели и покумекали за жизнь. Дружба могла бы получиться яркая, однако обеих девчуль, гувернантки и мисс-контрукшн, ждала ещё масса приключений на путях. Пока что время в Лимбе перестало существовать, Плерома всё так же поучала дочь Софии, но это уже несколько иная история мистерий кровавой Луны.