Johann Wolfgang Goethe - Meeresstille

   Johann Wolfgang Goethe
            (1749-1832)

            Meeresstille

Tiefe Stille herrscht im Wasser,
ohne Regung ruht das Meer,
und bekuemmert sieht der Schiffer
glatte Flaeche ringsumher.

Keine Luft von keiner Seite!
Todesstille fuerchterlich!
In der ungeheuren Weite
Reget keine Welle sich.


         Giorgio Orelli
   (alcune versioni da Goethe "Mare Calmo")

Grande pace tiene l’acque, posa il mare senza un’onda, e vede
inquieto il navigante tutto il liscio che lo circonda.

Da nessuna parte un fiato.
Quiete di morte che spaventa.
Nello spazio interminato non si muove neanche un’onda.
("Tutte le poesie", 2015)



Штиль по мотивам Гете и Орелли:

Неколебим морской покой:
безветрен зюйд, безветрен вест,
моряк с бессильною тоской
зрит абсолютный штиль окрест.

Глаза не радует волной
недвижно вставшая вода,
вошла мертвенной и немой
в мир сей безветрия беда.



+
Варианты переводов разных лет

К.А. Аксаков (1838):
Тишина легла на воды,
Без движенья море спит,
И с досадой корабельщик
На поверхность вод глядит:
Ветр не веет благодатный,
Тишина, как смерть, страшна,
На пространстве необъятном
Не поднимется волна.

С.В. Шервинский (1892-1991):
Штиль глубокий над водою,
Неподвижно море спит,
И с заботой мрачной кормщик
На немую гладь глядит.
Ни струи! Ни дуновенья!
Ужас мертвой тишины.
Над громадой без движенья,
Ни единой нет волны.

Ярослав Каменский (2002):
http://stihi.ru/2008/02/16/2057
Немой глубокий штиль царит.
Движенья нет. Покой.
И кормчий всё вокруг глядит
На гладь воды морской.
Ни дуновенья ветерка!
Страх мёртвой тишины.
Безмолвие издалека
Не принесёт волны.

Морра Моргенштерн (2009):
http://stihi.ru/2009/12/17/8884
Царит безмолвье над водой,
Покой, и скованы движенья.
Тревожась, на простор морской
Глядит моряк без утешенья.
Дуть ветра вдруг перестали,
Мёртво, страшно, тишина!
Ни одна в бескрайней дали
Не шевелится волна.

Герасим Авшарян (2011):
http://stihi.ru/2011/06/22/1094
Тишина в пучине водной,
Без движенья моря гладь,
И с тревогою холодной
Смотрит в даль моряк; видать -
С четырех сторон нет ветра
В ужасающей тиши!
Среди сотен миль и метров -
Волны будто без души!

Аркадий Равикович (2019):
http://stihi.ru/2019/01/22/5377
Море еле-еле плещет, -
Буруна ни одного -
И с тревогой корабельщик
Озирает гладь его.
Неподвижен воздух сонный!
Мёртвый штиль и тишина!
И на дальнем горизонте
Не вздымается волна!

   Из сб. "Конкурс поэтического перевода немецких поэтов для школьников", Николо–Павловское, 2015)
Вилисова Арина (8-б класс)
Баю-бай спит сладко море,
Волны спят и чайки спят.
Яхта белая на море,
В ней - скучающий моряк.
Смотрит он на гладь морскую,
Гладь, как зеркало чиста.
Ни движенья. Всё в округе
Замерло. Застыло всё.
Рыбки весело играют, но не здесь,
На дне морском.
Наверху всё спит спокойно.
Морю снится шторм.

Садовский Роман (7-б класc)
Без движения море спит.
И с досадой квартирмейстер.
На блистанье вод глядит.
Нет и ветра на просторе,
Тишина как смерть страшна,
На пространстве бесконечном
Успокоилась волна.

Кривенков Дмитрий (6-а класс)
 Тишина царит над морем,
Не колеблется простор,
И с тревогой к ровной глади
Устремляет кормщик взор.
Ни волны, ни дуновенья
Не доносит мертвый штиль.
Сонное оцепенение
Разлилось на сотни миль.

 Тимофеев Роман (6-а класс)
 Над морскою тишиной,
Над крутою над волной,
Неподвижно дремлют воды.
В море царствует покой.
И печально наблюдает
Старый шкипер штиль морской.
Не коснётся лёгкий ветер
Этой мёртвой тишины.
Сотни миль проплыть –
Не встретишь и подобия волны.

 

++
"<...> Есть переводъ этого же стихотворенія, если не ошибаюсь, у Лермонтова; но и его нельзя назвать хорошимъ. Всего лучше переводъ моего брата, Конст. Серг., напечатанный въ Московскомъ Наблюдател; 1839 года, кажется."
(Письмо И.С. Аксакова, 3 Февраля 1874 г., "Русский Архив", 1889,11)

"У Гете такие прорывы возникали не от чрезмерной резвости, шампанскости поэтического нрава (брызжет из бокала, но и в брызгах великолепно!), а от нечуткого безвкусия и тяжелочувствия. Вот пример — знаменитая его «Meeres Stille» <...> Оставим в стороне беспомощность и поверхностность внешнего описания; оставим в стороне это наивно устрашающее «fuerchterlich» — ибо, в самом деле, если видишь страшное, то опиши его страшно, но не выговаривай вслух, что оно де «ох как страшно». Не в этом дело. А в установке акта — в первых двух и во вторых двух строках. Первые две строки — великолепны: объективны, онтологичны, созерцательны, самозабвенно рисующи и элементарно стихийны. Вторых две строки грубо нарушают эту установку, вырывают душу читателя созерцателя из нее и вдвигают засовывают ее в утилитарно озабоченную душу корабельщика. Онтологизм сорван, космическое утилитарно опошлено; из Божьего измерения (стихии, закономерной стихии, живой, судьбоносной, непостижимой бездны) — Гете вывалил читателя в слишком человеческое; и уже никакие «fuerchterlich» не помогут, хоть три восклицательных знака поставь. Последние две строки дела тоже не поправляют; они почти излишни."
(И.А. Ильин, "К эстетике образного плана в искусстве", Берлин,1933)