Центр притяжения

Я не читал до конца ни Иоганна Вольфганга фон Гёте,
ни Джорджа Гордона Байрона
не знал, как ночь рождает смысл у старых фонарей,
не спорил с тишиной, как Фридрих Ницше у края бездны чёрной,
и не искал, как Артур Шопенгауэр,
 спасенья от идей.

Я не делил любовь на «можно» и «нельзя», как Иммануил Кант,
не падал в страх свободы,
как Сёрен Кьеркегор в тиши,
я видел сотни лиц — но все они, как будто бы фантомы,
скользили по поверхности, не трогая души.

Я знал: свет звёзд идёт к нам миллионы долгих лет,
и то, что мы зовём «сейчас» — давно уже былое,
что сердце бьётся в такт вселенной, как её секрет,
а время — это только притяжение покоя.

Я знал, что океан хранит немыслимую тьму,
что глубже всех признаний — молчание прилива,
что даже свет луны — не свой, он взят взаймы у Солнца,
как будто нежность — это отражённое «люблю».

Но ты пришла — и все законы стали не важны,
разбились, как стекло, все строгие сравненья,
как будто бы в стихах А.С. Пушкина
вдруг ожили забытые мгновенья.

Ты — как у Лермонтова ветер вольный и немой,
что рвёт покой души, но дарит ей дыханье,
как тихий свет, что падает незримою рукой
на всё, что до тебя не стоило вниманья.

И если мир — лишь пыль среди холодной пустоты,
и если смысл жизни — это миг, как учат нас философы упрямо,
то смысл моей — не в вечности, не в поисках мечты,
а в том, что ты одна — внезапно стала самым главным.

И пусть Вселенная молчит, не дав прямой ответ —
зачем мы здесь, и в чём предназначенье,
я знаю точно: среди тысяч чуждых мне планет
я выбрал бы тебя
— как центр притяженья.