Записки тамады. Томатный сок

Шикарный зал «Джоконда» отеля «Гавань» был пафосным заведением, и проводить в нем свадьбы, и тем более юбилеи, могли люди только хорошо обеспеченные, так сказать – «высшего эшелона».
К таким именно и относился юбиляр, день рождения которого предстояло вести.

В соответствии с рангом юбилея, концертная программа было наполнена «крутыми» исполнителями: вокалисты из «Мариинки» и филармонии, танцоры из Ансамбля КТОФ, очень не дешевый дуэт скрипачек и самый дорогой иллюзионист.

Никаких конкурсов с гостями, естественно, и не предполагалось.  Задача ведущей состояла в объявлении номеров и предоставлении слова очередному тостующему гостю.

Гости, конечно, соответствовали «уровню важности»:  директор завода, главврач больницы, юристы «с большими звездочками» на погонах и так далее.

Юбиляр отмечал пятидесятилетие. Он сидел за отдельным столом, а рядом – по правую руку, сидела молоденькая жена и двое малолетних сыновей, а по левую – дочь от первого брака.  Девушки были почти ровесницами.

Юбилей шел своим чередом. Тосты, с вручением конвертов и памятных подарков, сменялись выступлениями артистов.

Большинство гостей вели себя чинно и прилично. Пили в меру, чтобы «не потерять лицо» перед другими, «высокопоставленными»  гостями.

Но один из гостей сильно перебрал. Он громко комментировал все тосты и часто, в обидной форме, с ехидством и нецензурными высказываниями.

 В какой - то момент его «заклинило», он встал, и потребовал от ведущей микрофон. Она не хотел отдавать ему дорогой микрофон, а планировала его держать перед гостем, чтобы он его не уронил и не разбил.

 Но, не тут то было. Гость вырвал микрофон из ее рук, с громким возгласом:  «Дай сюда, я сказал!»

Отбирать назад, устраивать скандал ведущая не стала, и отошла от его столика в ожидании окончания «поздравления».

Держа в одной руке микрофон, мужчина решил, второй рукой поднять рюмку. Но, не увидев ее перед собой, он взял стакан с томатным соком.

«Что за фигню вы мне подсунули?» - гневно прорычал он. И, решив освободить стакан от сока, под горячительный напиток, выплеснул его в сторону.
 
К несчастью, именно с этой стороны, стояла ведущая.

 Её светлое кремовое платье, в туже секунду, было облито красной жижей. Слезы обиды полились из ее глаз. А гость даже не понял, что он натворил. Девушка, плача, ушла в подсобку.

 Звукооператор, вставший из за своего столика с аппаратурой, отобрал микрофон у буяна. Пьяный гость, сев на свое место, смачно выругался и, опустив физиономию в свою тарелку, булькающе, захрапел.

В комнату, где переодевалась ведущая, вошли юбиляр с женой и дочерью. Они стали уговаривать девушку остаться и продолжить вести праздник.

 Она, конечно, отказалась категорически.
 Во – первых, из-за унижения, которому подверглась.
 Во – вторых – не могла же она работать в джинсах и толстовке.

 Юбиляр извинился перед ней и рассчитался.
Ведущая уехала.

Как потом ей рассказал  ди-джей, остаток юбилея, передавая поздравляющим гостям микрофон, довела дочь именинника.
 
На следующий день, ведущей позвонила дочь юбиляра. Извинившись за инцидент, она попросила никому не рассказывать о нем, чтобы не позорить имя известного и уважаемого в городе человека.