В Москве царей. Страстная ночь

На столицу опускается Страстная ночь:
На высоком Кремле перекликаются стрельцы,
Сторожевая стрела летит во тьму со стен:
«Славен город Москва, славен город Ростов…» -
Помянет ночная стрела все города державы.
А на московских улицах тишина стоит,
Ночным паром курится столица,
И едва светится в ночи кафтан государя –
От заставы к заставе он с боярами идёт –
Идёт в тюрьмы государь всея Руси.
А в острогах в Страстную ночь теплились свечи,
Там всё было прибрано и чисто,
Даже злодей на цепи надевал заветную чистую рубаху,
А под недужного вора солому подстилали…
Как в церкви, горели в темницах свечи –
Колодники ждали государя всея Руси,
Царь разговаривал с колодниками, и прощал, освобождал…
Государь был как бы воплощением Милостивого Спаса:
Гремя цепями, колодники к нему тянули руки,
На него смотрели глаза, отвыкшие от света,
И горячо молился самый последний разбойник:
«Помяни мя, Господи, егда приидеша во царствие Твоё…»
В Страстную ночь царь творил дело Спасителя,
Его земное служение он как бы принимал на себя –
Сам государь всея Руси среди колодников в темнице,
В эту прекрасную, но щемящую сердце ночь Москвы –
Когда Спаситель испускал дух на кресте…
Дворцовый писец бесхитростно описывал Страстную ночь,
Как шёл по городу в первом часу великий государь:
Сначала шествовал в больницу и на Земский двор,
Затем в Аглицкий двор и на Тюремный,
А после этого у Спасских ворот в застенки заходил,
Жаловал милостынею из своих государевых рук,
И жаловал в темницах бессчётно…
Государева милость и освобождение в прощёные дни,
Государева милость и освобождение в страстные дни,
А третья милость и освобождение – в Святую ночь:
В три Божьих дня даровал государь милость свободы…
От милосердия московских царей остались лишь видения,
Осталась лишь немая память о той Руси –
О человеческой Руси, сгоревшей в огне красного пожара…