Книга роман Королева 18 часть 12 глава

Графиня Изольда властным тоном распорядилась служанке: "К обеду слуга должен подготовить для Анабель лошадей для прогулки. Немедленно!"

"Хорошо, госпожа", – ответила служанка, едва осмелившись поднять глаза. Графиня, ощущая предвкушение, вернулась в комнату. Анабель, словно не замечая ее присутствия, смотрела в окно на просыпающийся апрельский мир, залитый солнцем. Она еще не переоделась.

"Ты еще не переоделась?" – голос графини прозвучал с легким нетерпением, но в нем уже таилась игра.

"Еще есть время", – ответила Анабель, ее голос был спокоен, но в нем чувствовалась скрытая дерзость.

От этих слов графиня рассмеялась, смех ее был глубоким и бархатным. "Люблю, когда ты так говоришь мне", – проговорила она, приближаясь к Анабель, ее взгляд скользнул по ее фигуре. "Может быть, тогда устроим что-нибудь, чтобы поднять нам настроение?" – голос Изольды стал ниже, в нем зазвучали нотки соблазна.

Анабель, словно подчиняясь невидимой силе, обняла ее за шею, вдыхая густой, пьянящий аромат духов. "Легкий, нежный аромат весны", – прошептала она, прижимаясь к графине, чувствуя ее тепло. "Я люблю чувствовать этот вкус", – добавила Анабель с нежностью, в которой читалось нечто большее, чем просто привязанность.

Графиня, целуя ее в щеку, ответила с властной уверенностью: "Я обожаю тебя. Ты – как весенний рай моих садов, и только мой".

"Надеюсь, я одна в саду роз", – со смехом сказала Анабель, ее глаза блестели озорством, но в них читалось и волнение.

"Твой смех такой звонкий, голос нежный", – заметила Изольда, ее пальцы нежно коснулись щеки Анабель. Анабель посмотрела ей в глаза, в ее взгляде читалось полное подчинение и страстное желание: "Я согласна быть солнцем в твоей жизни. Не дразни меня своим голосом", – попросила графиня, ее голос стал еще более властным. "Целую твои пальцы. Переодевайся для верховой езды, скоро нам приготовят лошадей. И не смей медлить".

"А может быть, я поеду с тобой на одной лошади?" – предложила Анабель, ее голос дрожал от волнения.

"Ты не хочешь почувствовать свободу на лошади?" – спросила графиня, в ее глазах мелькнул огонек предвкушения.

"Хочу, но не сейчас, прошу тебя", – ответила Анабель, ее голос был полон мольбы и страсти.

"Ладно, хорошо", – согласилась графиня, в ее голосе звучала снисходительность, но и нескрываемое желание. "Поедем на одной лошади".

Когда они шли к выходу из замка, слуга уже держал двух лошадей, но графиня, ощущая свою власть, подошла к нему и властно произнесла: "Оставь нам одного коня. Только одного". Анабель шла рядом, ее дыхание участилось. Графиня взяла ее за талию, ее прикосновение было одновременно нежным и властным, и помогла сесть в седло. Анабель, ухватившись за гриву коня, почувствовала, как графиня ловко и быстро села рядом, ее тело прижалось к ней. "Как давно мы не ездили на твоей лошади", – сказала Анабель, ее голос был полон предвкушения.

Лошадь тронулась шагом. Графиня управляла поводьями, ее рука уверенно лежала на руке Анабель. "Хочешь сама попробовать управлять?" – спросила она, ее голос был полон соблазна.

"Нет", – ответила Анабель, ее голос был хриплым от страсти. "Я хочу чувствовать тебя телом".

Графиня прижала ее к себе еще крепче, ее дыхание опалило шею Анабель. Анабель так крепко сжала пальцы в гриве, что графиня рассмеялась




, ее смех был низким, полным власти и наслаждения. "Видимо, приедем без гривы коня", – прошептала она, целуя Анабель в шею, ее губы скользнули по нежной коже, оставляя за собой след жгучего желания.

Каждый шаг лошади отдавался в телах женщин, усиливая их близость. Графиня чувствовала, как Анабель податливо прижимается к ней, ее дыхание становится прерывистым. Власть, которую она ощущала над этой юной, прекрасной женщиной, была опьяняющей. Она управляла не только лошадью, но и каждым движением, каждым вздохом Анабель.

"Ты чувствуешь это?" – прошептала графиня, ее голос был полон бархатной угрозы и обещания. "Эту свободу, эту силу, эту... нашу связь?" Она слегка сжала поводья, и лошадь ускорила шаг, переходя на лёгкую рысь. Тела женщин еще теснее прижались друг к другу, их бедра соприкасались, вызывая волну мурашек.

Анабель лишь кивнула, не в силах произнести ни слова. Ее голова покоилась на плече графини, а пальцы, все еще впившиеся в гриву, дрожали. Она чувствовала каждый изгиб тела Изольды, ее сильные руки, ее властный аромат, который теперь смешивался с запахом лошади и свежего весеннего воздуха. Это было опьяняюще, пугающе и невероятно желанно.

Графиня наклонилась еще ближе, ее губы коснулись уха Анабель. "Ты моя, Анабель", – прошептала она, и в этом шепоте была вся сила ее страсти, вся глубина ее обладания. "Моя весенняя роза, моя единственная в саду". Она провела рукой по талии Анабель, ее пальцы скользнули под тканью платья, вызывая у Анабель судорожный вздох.

"Изольда..." – выдохнула Анабель, ее голос был едва слышен, полный мольбы и отдачи.

Графиня лишь усмехнулась, ее глаза блестели торжеством. Она знала, что Анабель полностью в ее власти, и это знание наполняло ее неистовой радостью. Она была королевой своего сада, и Анабель была ее самым прекрасным цветком, который она могла срывать, когда ей заблагорассудится. Лошадь несла их вперед, по весенним тропам, а графиня Изольда, обнимая Анабель, чувствовала себя на вершине мира, властвуя над всем, что ее окружало, и особенно над сердцем той, что была в ее объятиях.