Г. Гейне, Германия. Зимняя сказка. Капут IV

В глубоких сумерках прибыл в Кёльн,
Там рейнское внял волнованье,
Вдохнул я немецкий воздух и
Он оказал влиянье

На мой аппетит. Я съел
Омлет с беконом, солёным
Настолько, что мне пришлось
запить рейнвейном хвалёным.

Всё ещё златом прельщает Рейнвейн
В зелёном римском фужере,
Но если малость ты перебрал,
Бьёт по мозгам в полной мере.

Свербит так сладко в твоём носу,
Нет мочи прервать наслажденье!
Меня потянуло в сумрак ночной,
В проулках продлить упоенье.

В глаза мне глядели, застыв, дома
И намекали окольно
О старых легендах забытых времён
Священного города Кёльна

Здесь духовенство вершило суд,
Страхом был город окутан;
Об этом господстве тёмных людей
Писал тогда Ульрих фон Гуттен.

Плясали средневековый канкан
Монашки, монахи фривольно;
Доносцы, краплёные ядом, строчил
Хогсратен, Менцель из Кёльна.

Здесь инквизиторы много людей
И книг на кострах сжигали;
При этом звонили в колокола
И «Боже, помилуй!» орали.

Тупость и Злоба сношались тут,
Подобно собакам дворовым,
Снуют их выродки посейчас
По путям тупиковым. --

Взгляните же! в свете луны
Там монумент колоссальный!
Чертовски чёрный, смотрит вверх
Домский собор сакральный.

Бастилией Духа должен был стать,
Мечтали легаты-ловчилы:
Они бы в громадной тюрьме
Немецкий разум сгноили!

Но Лютер пришёл и сказал
Великое «Стой!» так строго,
Что прерванной стала с тех пор
Постройка Дома Бога.

Он был незакончен – и хорошо.
Нам это прибавит силы
Увековечить немецкую мощь
И протестантов посылы.

Для вас же, презренные шельмецы,
Немощная забота:
Вам не продолжить ваш прерванный труд
В строительстве крепости гнёта!

Безумная чушь! Ваш бубенец
Будет бренчать безответно,
Взывая к евреям и еретикам;
Всё бесполезно и тщетно.

Зря будет великий Ференц Лист
Играть на благо собора,
И гений-король декламирует зря --
Вам не дождаться сбора!

Не будет достроен Кёльнский собор,
Хоть и отправлен глупцами
Из Швабии целый корабль,
Гружёный одними камнями.

Не будет достроен. Не страшен тот крик
Вороний и совиный --
Они по старинке любят взлетать
На башенные вершины.

О да, наступят времена:
Без долгого разговора
В пустых помещениях сотворят
Конюшню вместо собора.

«А если конюшней станет собор,
Какой предложим сценарий,
Куда отнести мощи Трёх Королей,
В какой святой реликварий?»

Ответ на вопросы: А нужно ли нам
В наше-то время стесняться?
Три Короля из восточной земли
В доме другом поселятся.

В клетки железные поместим,
Прислушайтесь к слову эксперта,
В Мюнстере пусть повисят пока,
В башне Святого Ламберта.

Король портных сиживал там
С вельможами своими,
Теперь мы клетки населим
Монархами иными.

Пусть справа висит Бальтазар,
А слева -- парить Мельхиору,
Центральным станет Гаспар – Бог знает, как
Жили трое в ту пору!

Священный этот восточный альянс
Канонизирован ныне,
Но, может, всё же не всегда
Достоин был святыни.

Герр Бальтазар и Герр Мельхиор --
Гаучи, может. Мытарства
Познав, они обещали дать
Основной закон государства.

И дали задний ход. – Мавров король,
Гаспар, возможно, что в солидарность,
Народу, глупому, он предложил
Чёрную неблагодарность!


***
Примечание:

* „in die Nase steigt“. Das Sprichwort bezieht sich auf die Vorstellung, dass der Alkohol ins Gehirn steigt und dort zu einer negativen Veraenderung des Verhaltens fuehrt/ Буквальный перевод: поднимается в нос/ Поговорка основана на воображении, что алкоголь попадает в мозг и вызывает негативные изменения вповедении человека. В данном контексте соответствует русской идиоме: бьёт по мозгам.

Hochstraaten (привильное написание: Hoogstraten – Хогстратен) – средневековый инквизитор в Кёльне. Гейне аллегорически связывает с именем своего яростного оппонента Вольфганга Менцеля из Швабии (поэт, писатель, литературный критик)

Иллюстрация (из интернета): Домский собор в Кёльне. Первая фаза строительства 1248-1842
***