131 Сонет Шекспира

Вариант 1

Ты так жестока в гордости своей,
Как те, чья красота рождает злость.
Но для души влюблённой нет милей,
Ты — драгоценность, что мне здесь нашлась.
Хотя твердят, кто видел лик твой вмиг,
Что нет в нём силы вызывать любовь,
Сказать, что лгут они, я не постиг,
Хоть сам себе клянусь я в этом вновь.
И чтоб не лгать, я тысячу скорбей
Готов снести, лишь вспомнив образ твой.
Они кричат в тиши моих ночей:
Твой мрак прекрасен, он всегда со мной.
Черна ты лишь в поступках, не в лице,
Отсюда клевета в твоём венце.

Вариант 2

В своем величии ты прекрасна и горда,
Как те, кого их прелесть делает черствей.
Но знает сердце, что болит всегда:
Ты — лучший камень средь моих камней.
Но говорят, кто смотрит на тебя,
Что лик твой не заставит сердце ныть.
Сказать, что это ложь, не смею я,
Хоть про себя готов я клятву свить.
И чтобы клятва та была верна,
Я сотни вздохов, вспомнив облик твой,
Роняю в ночь, где царствует луна:
Твой черный цвет — прекраснейший, он мой.
Черна ты только в том, что ты творишь,
И потому молва мала, как мышь.



Thou art as tyrannous, so as thou art,
As those whose beauties proudly make them cruel;
For well thou know'st to my dear doting heart
Thou art the fairest and most precious jewel.
Yet, in good faith, some say that thee behold
Thy face hath not the power to make love groan:
To say they err, I dare not be so bold,
Although I swear it to myself alone.
And, to be sure that is not false, I swear
A thousand groans but thinking on thy face
One on another's neck do witness bear
Thy black is fairest in my judgment's place.
In nothing art thou black save in thy deeds,
And thence this slander, as I think, proceeds.

Построчный перевод

Ты столь же деспотична, как и прекрасна,
Как те, чья красота делает их жестокими;
Ведь ты прекрасно знаешь, что для моего дорогого влюбленного сердца
Ты — самый прекрасный и драгоценный камень.
Однако, по правде говоря, некоторые говорят, что, когда они видят тебя,
Твое лицо не способно заставить любовь стонать от страсти;
Я не осмелюсь утверждать, что они ошибаются,
Хотя и клянусь в этом только себе.
И чтобы убедиться, что это не ложь, я клянусь
Тысячей стонов, но, глядя на твое лицо,
Один на другом, они служат тебе свидетельством.
По моему мнению, ты черен как смоль.
Ты черен только в своих поступках,
И, как мне кажется, отсюда и пошла эта клевета.