Германия далекая

Я всё ещё помню тот день, пронзающий сердце болью,
Как ты улетала, унося в руках всю нежность с собой.
У трапа стояла — сквозь слёзы улыбка сияла звездою,
И ветер играл с прядями, что гладил ласкающий мой взгляд.
Ты шептала: «Это на время», — но десятилетия вихрем промчались,
Мы сединою покрылись, разлука стала сильней.
В тысячах миль границы меж нами навеки остались,
Теперь Германия — не просто страна на карте моей.
Германия, далёкая моя,
Ты стала чертой, что легла между нами.
И времени что стрелы, и дальний туман
Всё стало стеной, которую нам не одолеть.
Но голос мой, словно летящий дурман,
Несётся к тебе, не даст сердцу сгореть.
Ты в душу мою, как вихрь ворвалась,
Осколком небесным, что вечно храним.
Там ты живёшь, дышишь, по улицам ходишь несмело,
А я здесь, в родном краю, твои отголоски ловлю:
В запахе чая, что заваривала ты так умело,
В песне из кафе — любимый твой нежный мотив, словно в сновидении.
Мягкий свет фонарей — тень твоя мелькнёт так тревожно,
Я скучаю порой так, что стало частью меня.
По рукам твоим нежным, умелым, таким невозможным,
По губам, что шептали в любимой мной тишине.
Германия, далёкая моя,
Ты стала чертой, что легла между нами.
И времени стрелы, и дальний туман
Всё стало стеной, которую нам не преодолеть.
Но голос мой, словно летящий дурман,
Несётся к тебе, не даст сердцу сгореть.
Ты в душу мою, как печать, занёслась, (
Осколком небесным, что вечно храним.
По волосам твоим, что пахли домом и тёплым уютом,
Ты не ушла из памяти — ты жива в ней всегда,
Ярче всех воспоминаний, светлее, полнее света,
Нить нашу не разорвать ни судьбам, ни городам.
Твои письма — как вести из райского уголка,
Маленькие острова в разлуки бескрайнем море.
Ты пишешь о новом, скучая по паркам, по уголкам,
И в каждой строке чувствую нашу немеркнущую историю.
Германия, далёкая моя,
Ты стала чертой, что легла между нами.
И времени стрелы, и дальний туман
Всё стало стеной, которую нам не преодолеть.
Но голос мой, словно летящий дурман,
Несётся к тебе, не даст сердцу сгореть.
Ты в душу мою, как печать, занёслась,
Осколком небесным, что вечно храним.