За три минуты до весны. Заветная мечта

Глава 23. Заветная мечта

Моя погоня за статусом и светским обществом была моей главной движущей силой и, одновременно, самой большой слабостью.

Был один громкий процесс — дело о финансовом мошенничестве, где на скамье подсудимых сидел очень влиятельный застройщик с огромными связями. У обвинения были весомые улики, но одно доказательство было ключевым — внутренняя переписка, добытая сомнительным путем. Защита требовала признать её недопустимой.

Я неделями не спал. С одной стороны — общественный резонанс и его долг. С другой — давление. Не прямое, нет. Скорее, это было в воздухе на тех званых ужинах, куда меня так любила таскать Джейн. Это было в её словах: «Аллен, дорогой, этот человек строит половину города. Зачем наживать себе врагов? Будь умнее».

И я принял «умное» решение, нашёл юридическую лазейку, зацепился за формальность и признал ключевую улику недопустимой. Дело развалилось. Застройщик вышел почти сухим из воды. Моя карьера, наоборот, пошла в гору.

Но Джейн знала правду. Она слышала, как я ворочался по ночам, шепча самому себе оправдания. Эта ошибка, эта сделка с совестью ради карьеры — и есть тот самый рычаг, который теперь есть у неё. Она не может доказать преступление, но может уничтожить мою репутацию. Она угрожает разрушить тот мир, который я строил с Сарой, открыв ей глаза на то, каким человеком я был раньше.

Я стоял в длинном, тускло освещённом коридоре суда, когда она настигла меня. Высокая, ухоженная, с идеальной укладкой и дорогим пальто. В её глазах — знакомая холодная усмешка.

— Аллен, дорогой, — голос сочился фальшивой нежностью. — Давно не виделись. Как жизнь? Как твоя новая... пассия?

Я сжал кулаки.

— Что тебе нужно, Джейн?

— Ничего. Просто хочу напомнить тебе, что сказки не бывает. И твоя «идеальная» Сара... она ведь не знает, на что ты способен ради карьеры? Какие сделки с совестью заключал, когда мы были вместе? Ей будет очень интересно узнать. Просто помни, что я рядом. И я не люблю, когда у других всё слишком хорошо. Особенно когда это счастье построено на моих руинах.

Она развернулась и ушла, оставив меня одного. Этот разговор не просто угроза, это яд, который она впрыснула в мою новую жизнь.

Джейн пришла к Саре на следующий день.

Сара как раз вернулась из больницы, уставшая, но довольная. Она сбросила туфли в прихожей и прошла на кухню, когда услышала звонок в дверь. На пороге стояла Джейн.

«Вы, наверное, Сара?» — её голос сочился фальшивой вежливостью. — «Я — Джейн, бывшая жена Аллена. Можно войти?»

Сара посторонилась, хотя внутренний голос кричал не впускать эту женщину.

«Я ненадолго», — Джейн прошла в гостиную, села на диван. — «Просто хотела предупредить. Вы, кажется, хорошая девушка, и я не хочу, чтобы вы повторяли мои ошибки».

«Какие ещё ошибки?» — спросила Сара.

«Аллен — эгоист, — выпалила она, и в её голосе вдруг прорезалась искренняя горечь. — Он думает только о себе, о своей карьере, о том, как выглядит в глазах других. А вы… вы для него просто очередной трофей. Молодая, наивная, удобная. Пока вы ему нужны — он будет рядом. А потом найдёт кого-то помоложе. Он менял женщин, как перчатки, пока не встретил меня. И со мной вёл себя так же. Постоянно на работе, вечно занят, вечно не до меня. А когда я пыталась поговорить — он просто уходил в себя, как в крепость. Вы думаете, с вами будет иначе?»

«Зачем вы мне это говорите?» — спросила Сара.

«Потому что я знаю его, — Джейн поднялась. — Знаю, на что он способен, когда его припирают к стене. Он пойдёт по головам, не задумываясь. У него нет сердца. Та история с застройщиком, его громкое дело? Он продался. За место под солнцем. Вот какой он на самом деле».

Дверь закрылась. Сара осталась стоять посреди гостиной, чувствуя, как слова Джейн впиваются в неё. Но она  была не из тех, кто верит на слово. На следующий день она пришла к Аллену. Сказала просто: «Я знаю, что было в твоём прошлом. Джейн приходила. Рассказала про застройщика. Это правда?»

Он побледнел. Помолчал. Потом кивнул.

«Да, — сказал Аллен глухо. — Это правда. Я ошибся. Я много ошибался. Но я не тот, кем был раньше. И ты — единственная, ради кого я хочу быть лучше».

Сара посмотрела на него долгим взглядом. А потом обняла.

«Я знаю. Поэтому я с тобой».

Джейн больше не появлялась. И Аллен вздохнул свободно — впервые за много лет.

---

На свадьбе всё было правильно и красиво.

Сара выходила из машины медленно, словно боялась, что это сон. Её платье было именно таким, о котором она мечтала — пышным, струящимся, с тонкой кружевной отделкой на лифе и красивым корсетом, который подчёркивал талию. Причёска была высокой, открывающей шею и плечи. Фата, лёгкая, как облако, струилась сзади. Когда она шла к алтарю, в зале стало тихо. Гости смотрели с обожанием. Даже дедушка Сэм из общежития прошептал: «Ну надо же, какая красавица».

Аллен смотрел на неё и не мог отвести глаз. А потом заметил взгляды других мужчин — слишком долгие, слишком восхищённые. Он сжал челюсть. Ревность поднялась внутри, но она смотрела только на него.

Они стояли у алтаря, держась за руки. Перед ними стоял Джек — брат Сары, священник.

«Любовь не завидует. Любовь не обижает, не гордится. Она терпит, верит, надеется. Я видел, как вы прошли через огонь и воду.

Джек перекрестил их и произнёс слова венчания. «Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту».

Когда они вышли из церкви, их встретили аплодисментами и криками «Горько!».

Первым подошёл Миккель, старший брат Сары, с красивыми чёрными глазами: «Береги её.».

«Обещаю», — ответил Аллен.

Алекс, младший брат, обнял Аллена: «Добро пожаловать в семью, брат. Только учти: я тоже юрист. Так что если ты вдруг решишь расторгнуть этот брак, у тебя не будет никаких шансов в суде. Я прослежу».

Потом подошёл отец Аллена: «Я не был хорошим отцом. Но глядя на тебя сегодня... я вижу, что ты стал человеком, которым я мог бы гордиться. Спасибо Саре».

Потом был уютный ресторан. Мама Сары плакала. Энн подняла бокал за «самую бесстрашную женщину». А Сара взяла микрофон и запела на русском.

— Любовь, похожая на сон... Сердец хрустальный перезвон... Твоё волшебное «люблю»...

Она не допела — замолчала, потому что слёзы подступили к горлу. Сара опустила микрофон, подошла к Аллену и прошептала: «Я тебя люблю». «Я знаю», — ответил он и поцеловал её.

После свадьбы жизнь вошла в своё русло. Однажды Аллен вернулся домой пораньше. Тихонько открыл дверь и замер.

В гостиной, склонившись над учебниками, сидели Сара и его дочь Люси. Она терпеливо объясняла что-то, а Люси, нахмурив бровки, внимательно слушала.

«Я не знаю, как решить эту задачку», — услышал он голос дочери, полный отчаяния. — «Для меня математика — это сущее мучение».

Сара тут же обняла её, погладив  по волосам. «Не расстраивайся, Люси, — ласково сказала она. — У тебя всё получится. Просто нужно немного терпения и усидчивости».

Глядя на них, Аллен осознал: Сара сумела найти заветный ключик к душе его дочери. И его сердце наполнилось радостью.

---

Пять лет пролетели как одно мгновение. Мы прошли этот путь рука об руку, душа в душу. Поначалу случались острые моменты — две сильные натуры учились находить общий язык. Именно эти испытания сделали нашу связь еще крепче.

Каждое утро начинается с ритуала. Кто бы ни проснулся первым, готовит кофе. Я люблю крепкий эспрессо, она — нежный латте. Мы молча обмениваемся чашками. А вечером я читаю ей вслух.

В нашей жизни всё строится на партнерстве. Обязанности по дому делим поровну.

Особенно я стараюсь позаботиться о ней, когда она приходит с работы вымотанная, поздно. В такие дни я готовлю её любимое блюдо — нежный запечённый лосось с ароматными овощами.

Сегодня она буквально ввалилась домой, еле переводя дыхание. Увидев меня на кухне, она с удивлением и облегчением воскликнула:

«Любимый, ты снова колдуешь! Какой чудесный аромат. Тебе бы точно поваром стать!»

Я не смог сдержать улыбки и ответил: «Это для тебя сюрприз».

Нет ничего приятнее, чем видеть её счастливой.

Но однажды я всё же решился на серьёзный разговор.

«Дорогая, я вот о чём подумал... Может, тебе стоит больше времени уделять дому, нашему очагу? Ты так много работаешь, я переживаю, что на семью совсем времени не остаётся», — сказал я.

Она подняла бровь: «О, конечно, милый. Я с радостью буду сидеть дома и подбрасывать дрова в твой драгоценный очаг. Только вот есть одна загвоздка: я не смогу без своей работы. Я же тебе сразу говорила, что медицина — это моё. Быть просто домохозяйкой — самая неблагодарная роль. Я не собираюсь сидеть у тебя на шее, я самостоятельный человек».

«Мы с тобой, дорогой, не в гареме и не в пещере живём», — отрезала она. Её непокорность выбила меня из колеи. С ней бывает непросто, но моя любовь к ней с каждым годом только крепнет.

Моя работа часто затягивается допоздна. Но это время научило меня многому. Я стал добрее к людям, и моя любовь к Саре изменила меня к лучшему.

Единственное, что омрачало мою радость, — это то, что у нас пока не было детей.

В последнее время меня всё чаще посещала странная тревога. Мы хотели детей, говорили об этом. Сара переживала, хотя старалась не показывать. Я видел, как она подолгу смотрела на чужих малышей в парке, и у меня сжималось сердце.

Я стал слишком много работать. Она — тоже. Мы почти не говорили по вечерам.

Та ночь выдалась тяжёлой. Я ворочался, прокручивал в голове свои резкие слова. Зачем я пытался её переделать? Она же с самого начала была такой — своенравной, упрямой. И я полюбил её именно за это.

Я не заметил, как провалился в сон. И сразу же пришёл тревожный сон. Я видел, как Сара, заливаясь слезами, убегает от меня. Я гнался за ней, умоляя о прощении, но она взмыла в воздух, словно птица, и растаяла в небесной синеве. Сердце разрывалось от боли.

Я резко проснулся, весь в холодном поту.

«Что случилось, милый?» — обеспокоенно спросила Сара, прижимаясь ко мне.

«Всё хорошо, моя дорогая. Просто дурной сон приснился», — ответил я.

Тихий дождь за окном смывал остатки дня. Я опустился в кресло у камина. Голова гудела. Я даже не заметил, как Сара подошла и обняла меня за шею.

«Тяжёлый день, милый?» — спросила она.

«Как обычно, — выдохнул я, целуя её в макушку. — Боже, как же я рад, что наконец дома».

«Я тоже очень рада, — её голос дрогнул. — У меня для тебя есть сюрприз».

Она протянула небольшую коробочку. Я развязал ленту. Внутри, на бархатной подушечке, лежала пара крошечных белых носочков.

«Сара? Это то, что я думаю?» — выдохнул я.

«У нас будет ребёнок», — прошептала она.

Я опустился на колени, прижался щекой к её животу и обнял. Я мечтал о сыне. Чувствовал, что он обязательно появится.

Через несколько недель мы поехали на УЗИ. Сара лежала на кушетке, держа меня за руку. Врач водила датчиком, и вдруг на экране появилось что-то маленькое, чёрно-белое.

«Ваш малыш. Сердечко бьётся отлично. Всё в порядке», — сказала врач.

Сара заплакала. Я смотрел на экран и не верил своим глазам.

— Здравствуй, малыш, — прошептал я.

Я хотел разделить свою радость с моим братом, Брюсом После свадьбы отношения испортились. Я видел, что он тоже испытывал к ней чувства. На свадьбе он был мрачнее тучи, смотрел на Сару с такой тоской, что мне стало не по себе.

Однажды он поделился с моим другом Ричардом: «Аллен забрал Сару у меня, а мы могли быть с ней такими счастливыми».

Я отправился к нему на работу. «Нам нужно поговорить о Саре», — сказал я.

«А что тут говорить? Она — самый прекрасный человек, талантливый врач и верный друг».

«Я знаю. Именно за это я её и обожаю».

«Ты не достоин Сары! Если ты её обидишь, я тебя в порошок сотру».

«Да с чего бы мне её обижать? Я её от всего защищу!»

«Я-то знаю твой характер, — прошипел Брюс. — Короче, я тебя предупредил».

Он ушёл, хлопнув дверью. А я остался стоять, чувствуя, как между нами разверзлась пропасть.