Рубили лес, летели щепки

Рубили лес, летели щепки,
Зима суровая была.
Зека сбежал из своей клетки,
А клеткой той была тюрьма.

Бежал, не чувствуя мороза,
Дышал, как раненый зверёк.
И падал снег ему на кожу,
И путал тропы поперёк.

Конвой заметил на делянке,
Что сиганул он — в темень, в лес.
И где-то там на полустанке
След заметал колючий снег.

Он шёл по насту, зубы стиснув,
Фуфайка — тряпка, не броня.
Свобода где-то рядом свистнет —
Побег... да только бы не зря.

А позади уже погоня,
По рации трещал базар.
Зека бежал, но без агоний,
Тянул свой фарт наперекор.

Он знал — назад дороги нету,
Вперёд — лишь холод да тайга.
Свобода пахла сигаретой,
И смертью — где-то у виска.

Вдали огни мигнули слабо,
Спала деревня у реки.
Он улыбнулся — значит, надо
Ещё немного, вопреки.

Он вышел к трассе на рассвете,
Свет фар ударил по глазам…
«Ну вот и всё…» — шепнул лишь ветер,
А сзади — «Стой!» и тормоза.

Вдруг грянул выстрел за спиною,
Шальная пуля — через грудь.
Упал в снегу, под вечной мглою,
Закончив жизни своей путь.

А лес стоял, как страж суровый,
И ночь прощалась не спеша…
Его нашли уже под утро —
Свободной стала лишь душа.