Эксперимент с дальним прицелом

СДВИГ ПО МЕРИДИАНАМ
Глава - 9-я. Эксперимент с дальним прицелом

Оба профессора зашли как под конвоем, своего, вдруг появившегося раболепия в кабинет Семёна Семёновича. Он ярко и приветливо улыбнулся, встал, вышел навстречу, пожал крепко каждому руки, каждого подвёл к креслу и усадил, похлопывая по спине. Но в  приветливости, и в непосредственной помощи посадить в кресло, проглядывалось, или чувствовалось в показной лести, толстым слоем намазанное слащавое порабощение. Ещё глубже прочувствовать, то не слащавое, а горьковатое и очень даже жёсткое. Если бы можно было глянуть со стороны – показалось бы так: «Вы, мышки, сейчас зашли в мышеловку, и её дверца плотно захлопнулась. Она – дверца пусть и золотая, но это не меняет сути. Пока вошедшие ещё не переосмыслили в его, «раболепном» к ним обращении, свою эйфорию, он заговорил первый.
– Господа, если хотите, то на время вашей работы можете позвать своих жён, и своих детей, если они имеются. Чтоб не рвать семейных связей, пусть и на месяц, и чтоб приятней вам было работать. –
Оба профессора как по сговору отрицательно закрутили головой. Но не потому, что чего то боялись, а не хотели своих жён испытывать, на их взгляд, глухоманью, где им предстоит завершить полевые работы.
– Нет – так нет! Воля ваша, господа – сказал Семён Семёнович, и добавил. – В таком случае я увеличиваю ваш гонорар и вы отошлёте его телеграфом своим семьям. Один, из моих помощников, поможет вам это сделать. Гонорар для ваших семей я приравняю к вашему авансу. – Профессора недоуменно, но приятно улыбнулись. – Чего с человеком только не делают деньги?
В это время дверь открылась и в кабинет Семён Семёновича зашлаоуверенной походкой красивое юное создание женского пола. Создание, уже знакомое нам, было ретьей женой хозяина, и она внесла в серый морозный день дыхание грядущей весны. В кабинете потеплело. Она подошла к хозяину кабинета, села на пол у ног его и положила руки на его колени. Семён Семёнович нежно погладил её по лицу и с улыбкой сказал, обращаясь к посетителям: –
– Жена моя и мой цензор. Заботится чтоб я, не дай Бог, не наговорил околесицы. Значит я буду сдержанней. Я не успел спросит вас, господа, как провели первую ночь в нашем «департаменте» и понравился ли вам завтрак. – Ответил более разговорчивей –
– Ночь хорошо, если не считать, что во сне появлялись какие то обрывки фантастического сна. А завтрак на славу!
– Ничего, господа, привыкните. В землях древнего Танаиса ещё много неразгаданных тайн. Вы из Петербурга, там тоже много тайн – вам не привыкать. – Потом, обратился к жене – любима, ты может оставишь нас. Предстоят очень скучные технические неинтересные переговоры. Боюсь – тебе будет скучно. – Молодая женщина отрицательно замотала головой, подложила под голову ещё ладонь и ответила:
– Я послушаю. Сам же говорил, что я твой министр по коммуникации с внешним миром.
– Ну хорошо, – ответил тот и обратился к профессорам. –
Вы наверно заметили, если нет, то изучите и поймёте, что наш замечательный посёлок состоит из фрагмента дуги, окружающей, не буду отрицать, огромный насыпной холм могильника скифского, или сарматского происхождения. Через несколько дней, господа, вы с ним познакомитесь вплотную. – Один из профессоров, чуть поднялся на своём стуле и заплескал в ладоши. Другой
профессор поддержал его, и даже чуть воскликнул: «Ура»! – Оба были радостно возбуждены. Так радуются маленькие дети, когда им дают любимую игрушку. Улыбка так и не исчезла с их лица. Семён Семёнович продолжал. – Первым вашим заданием будет рассчитать объём, какими силами, и что нужно применить, чтоб этот холм выравнять под общий профиль окружающего ландшафта. – Оба профессора аж подскочили на своих стулья и оба крикнули –
– Зачем?! – Потом более разговорчивый сказал – Это же история, это же вклад в культурное наследство России!
– Успокойтесь господа. Наследство под землей, оно там и останется, а холм – просто познавательная точка на общей карте Земли. Мы её заменим другой обозначенной точкой. Мы продолжим достраивать и расширять наш замечательный посёлок. На плоском рельефе строить проще. – Это во первых, а во вторых – в другую сторону, в строну железной дороги я не хочу расширять посёлок по сугубо личным соображениям. Хозяин пока здесь я. В данном случае – я заказчик, вы мои подрядчики. – Профессора успокоились. Семён Семёнович продолжал. – И с одной, и с другой стороны кургана есть провал рельефа. Нужно будет рассчитать куда перемещать землю более экономически выгодный вариант, хотя экономия, в данном случае, играет роль второстепенную. Первостепенную – время.
– Почему время первостепенное? – Спросил один профессор. – Семён Семёнович улыбнулся и ответил –
– Я право, господа, не могу определённо ответить на ваш вопрос. – Может просто мой каприз, а может ещё что то. Когда я приближусь к окончательному финишу своего решения, почему пришло такое в голову, то отвечу вам ... Если это не приведёт меня к мысли, что ваш вопрос не имеет под собой конструктивной аналогии – «зачем задавать такие вопросы». А во вторых время всегда первостепенное. Мы на земле временные гости и нужно успеть. Вам поступило  задание – это и есть исчерпывающий ответ. – И Семён Семёнович искренне улыбнулся. Профессора в его искренности почувствовали, как их грубо поставили на место, и поёжились.
– Сейчас, господа, можете отдохнуть и помыслить, а после обеда берите свои геодезические инструменты и в сопровождении наших людей, одновременно ваших помощников – на полевые работы. Верховые лошади в вашем распоряжении … Я вас не задерживаю … – И Семён Семёнович встал со стула, побеспокоив хорошо расположившую головку на его коленьях своей жены.
– Есть вопросы! – Сказал один профессор. –
– Я вас понял – ответил Семён Семёнович – вопросов нет! – И вновь улыбнулся своей обезоруживающей, бросающей в дрожь, улыбкой. – Всё, господа, встречаемся после завтра и вы мне доложите результаты своих изысканий. Ещё раз – до свиданья, меня ждут другие неотложные дела. – Профессора всё поняли, и обескураженные удалились.
Через несколько минут два здоровенных казака в кабинет управляющего привели двух худосочных молодых мужчин с красными повязками на рукаве. Один в армейской шинели, другой в отрёпанной овчине. Управляющий предложил им сесть на стулья, на котором пять минут тому сидели профессора. Вошедшие посмотрели друг на друга в недоумении. Семён Семёнович молчал и они молчали. Минуты через три молчания, управляющий заговорил первый.
– Как видите, господа, сейчас мяч на моей стороне, тем не менее, я предлагаю вести беседу на равных.– Где ваше оружие? – Тот что в шинеле отошёл от первого испуга и ответил –
– Так это … вот он – и кивнул головой на казака, что завёл его, и осёкся ...
– Забрал у вас оружие?
– Да, забрал …
– Чего же вы не защищали свою честь и честь революции? – Пленники переглянулись между собой и ничего не ответили.
– Понятно … – потом обращаясь к казакам, что привели их. – Отведите на конюшню, напоите водкой, накормите хлебом и салом, заставьте почистить возле лошадей и уложите на сене спать, да поставьте охрану, чтоб не сбежали. Завтра они выступят перед посёлком, расскажут за что ведут свою революционную деятельность … так - как они её понимают. – И добавил –  свободны.
Все ушли. Остались Семён Семёнович с женой. Она поднялась с пола, потянулась и спросила –
– Милый, а что ты с ними сделаешь потом?
– Смотря по ситуации и по их поведению. Скорее всего отпущу. В их вещмешки положу хлеб, сало и водку,  и отправлю к своим. Пусть расскажут как с ними обращались капиталисты. Если будет много таких случаев, то падение уже почти упавшей империи замедлится … пока оно ещё не неизбежно. Пока можно поднять. Зависит оно от многих политических и финансовых ситуаций. И я думаю не одной России, или не самой России. Но это догадки. Ладно, милая, не забивай голову.
– Если не неизбежно, то … в прочем это не моим умом решать.
– Сейчас главная моя задача законсервировать, может на столетие, а может и больше то, за что мой род несёт главную  ответственность. А наша с тобой ответственность продолжить род. – Нужно, чтоб у нас родился сын, мы с тобой бы уехали на твой Кавказ выращивать капусту и через грядущие поколения передать своим праправнукам сведения, каким сокровищем материальным и культурным владели их праотцы. Передать все эти сокровища им. Ладно, иди домой, я скоро приду обедать. – Жена ушла, а Семён Семёнович остался глубоко задумавшись.
Он думал: «как могла небольшая кучка не обученных в военном искусстве петроградских рабочих одолеть петроградский стотысячный гарнизон?! – Значит гарнизон был куплен, или ослеплён? – Но кем? Откуда у революционеров деньги?! – И они ли, российские революционеры, были главной силой российской революции. Голова шла кругом. Ладно, то дела государственные, и ему их не изменить. Но есть дела личные, дела его рода, и нужно поработать без промедления …
Через день профессора дали полный отчёт. – Чтобы через два месяца переместить землю кургана в балку, нужно столько - то подвод, сколько - то лошадей, и столько то - землекопов. Семён Семёнович посмотрел и с удовлетворением улыбнулся.
– Спасибо, господа, вы проделали большую работу первой части нашего проекта. День отдохните и спустимся под землю. Профессора кивнули головой в знак согласия и удалились.
На следующий день, во время прогулки по посёлку, они направились к куче людей, что Семён Семёнович собирал для важной сходки. Им навстречу ковыляло чучело, всё окутанное дырявым платком, непонятного пола, сверкнуло на них глазищами и прошипело как змея: «Бегите отсель, горемычные!». Это их немного взволновало, но, анализируя все события, рассматривая их со всех сторон, они решили списать непонятную встречу с непонятным субъектом, как встречу с не совсем уравновешенным человеком. И решили уточнить свои дальнейшие действия дальнейшими событиями. Может быть сейчас, на сходке. и присоединились к ней. На сходку собралось человек сто пятьдесят. В том числе и вновь прибывшие казаки с подполковником Юсуповы. В центре круга стоял Семён Семёнович, рядом два здоровенных местных казака, и два дрожащие от холода задержанные революционеры. Когда профессора подошли, уже была кульминация событий. Революционеры, оказывается уже всё сказали и им отвечал круг. С разных сторон в их адрес сыпались насмешки и неприкрытая брань. Кто-то крикнул –
– На виселицу их, чтоб народ не баламутили. – После этих слов несчастные упали на колени и один из них закричал –
– Братцы, пощадите! Нас бес попутал! Мы с вами! Верой и правдой будем служить! – Семён Семёнович заступился. И он сказал.
– Вот видите казаки, что несёт революция! Отобрать ваших овец, отобрать тот клок земли, которым вы владеете, и когда вы будете ни с чем, то загнать скопом в революционное рабство. – И к революционерам – встаньте. Мы милуем вас. Больше того – вам выдадим дорожные продукты и отпускаем. Расскажите своим бонзам о решении и настроении нашего посёлка. Посоветуйте сюда не рыпаться. Встретим во всеоружии. И передайте своим, что так гуманно мы обошлись только с первыми. Для остальных, кто посмеет к нам явиться, мы на площади уже сегодня построим эшафот. –
Революционеров увели, Семен Семёнович ушёл, а круг остался. Каждому хотелось пофилософствовать и высказать свое очень важное мнение. Но мороз толпу настоятельно прореживал и очень быстро. Через час осталась только вытоптанная снежная площадка. Последними ушли профессора.
– Ну что вы коллега на это скажете? – Двоевластие – хоть стой, хоть падай – сказал один.
– Это да! – Ответил другой. – Но меня не это волнует. Ведь смотрите, коллега, никто этих бедолаг не поддержал. То ли посёлок действительно так думает, то ли люди боялись поддержать революцию.
– А зачем им поддерживать. Ведь весь посёлок живёт в достатке.
– Э-э, мой дорогой! Полного достатка никогда не бывает. Сколько б ты не имел – всегда хочется больше. Или вы, коллега, не знаете человека!
– Да знаю. Но ведь нам придётся преподавать в университете уже при новой власти.
– Бабка на двое гадала. Ну ладно, пойдём. Скоро обед. А завтра будут уже подземельные сюрпризы.
– Вы таки, коллега, решили остаться. Меня что-то дрожь берёт.
– Я останусь, а вы как хотите.
– Буду решать. Пойдёмте, желудок берёт своё.
После обеда их нашёл посыльный и пригласил в кабинет Семёна Семёновича. Он их вновь встретил с широкой дружеской улыбкой.
– Садитесь, господа. Открылись новые чрезвычайные обстоятельства. – Профессора переглянулись. – Ко мне дошли сведения, что вас предупредили – ни в коем случае не оставаться здесь, а скрыться побегом. – Профессора поёжились, и один из них ответил –
– Да, было что-то подобное.
– Так вот, господа, я вас не задерживаю. По подземельям мне не нужно ваше решение. Мне нужно, и то не очень, лишь ваше мнение, как учёных людей для своего личного любопытства. Если вас что-то тревожит, то в вашем распоряжении санный экипаж. Он довезёт вас до железнодорожного вокзала ... И езжайте к своим жёнам.
Моя вам благодарность за сотрудничество. До свиданья, господа, я вас не задерживаю. – И Семён Семёнович встал.
– Как можно, Семён Семёнович, сейчас мы уже зарядились просто профессиональным интересом. У нас не было решения уехать, не посетив подземелье.
– Ну хорошо. Я рад. Тогда до завтра. – Профессора ушли, а Семён Семёнович подумал: «Полная свобода – своеобразный капкан, если уметь его поставить».
Спускались в древние захоронения мимо знакомых нам зверей. Волки оскалили клыки, но тут же их спрятали. Они не были голодные. Когда прошли мимо, один из профессоров поинтересовался сколько они съедают.
– Не беспокойтесь, человечины они ещё не пробовали – ответил Семён Семёнович.
Хотя профессоров всё интересовало и они старались задержаться на каждом шагу, интересуясь артефактами, но хозяин их тянул в дальнюю галлерею. Перед входом в уже знакомую нам галлерею, Семён Семёнович велел взять им сумки, заранее подготовленные с инструментом подобранным для изысканий. Микроскоп, лупа, штангенциркуль, блокнот и карандаш. «На всякий случай» – думал Семён Семёнович.
Наконец зашли в галлерею со светящимися стенами и скульптурными портретами, описанными выше. Профессора замерли, потом ахнули! Семён Семёнович сказал –
– Господа, я вначале вас познакомлю с хозяйками этой волшебной галлереи. – Он проводил их к своим заточённым в этом подземелье двум жёнам. Познакомились с взаимным интересом. Женщины были красивые, а профессора ещё молодые. Пока те молчаливо изучали друг - друга, Семён Семёнович продолжил. – Господа, я вижу вы нашли взаимный интерес. Пока вы познакомитесь поближе, я на четверть часа вас оставлю. Заскочу по своим делам. – Профессора, да и женщины не возразили. И Семён Семёнович ушёл навсегда.
Уже через три недели, курган был снесён, все входы засыпали и затрамбовали, так чтоб следов не осталось.
Семён Семёнович сидел в своём кабинете с молодой женой и говорил ей.
– Дом в Кутаиси нас ждёт. Ты уедешь с бабушкой первая, я закончу свои дела и приеду месяца через два. – Жена ушла, а он подумал. Интересный эксперимент я придумал. Жаль что я его лет через двести не увижу. А может профессора выберутся раньше, ведь их инструментом является их ум.