Так хочу раздавить тебя
В черствых объятьях любви.
Не просить, не молить,
просто как одуванчика душу — распылить, говорить.
Лепетать о звезде, и о книгах что Дикинсон с Вульф
написали во сне. Не тебе, и не мне, не достаточно было:
любить, говорить, не забыть.
Словно дом вдруг остался открытою
настежью для чужих.
Чьи намерения не прочитаны,
не написаны в книге живых...
Как ты думаешь, сколь возможно любить?
Не в количестве, и не в качестве, в целом,
во времени "сколько возможно любить?".
Сколько сердце уж маленько, мелкими крошивом режется,
сколько лет? Сколь потрачено, ибо сломанность —
для страдающих сладкий хлеб.
Как бы скрыть, что в улыбке храню тонкий пороха слой.
Вот бы знать, что со мною случится —
при долгожданной встрече с тобой.
Свидетельство о публикации №126040505582