Кукушка вещая

В глухой тиши, где мох заткал ступени,
Где старый лес хранит обрывки сна.
Меж сосен, затаивших в полдень тени,
Твой голос чертит наши времена.
 
Невидимая гостья на березе,
Ты меряешь судьбу по черенку.
И в каждой краткой, выверенной дозе —
Твоё сухое, вещее «ку-ку».

Ты не поёшь о радости весенней,
Не славишь свет, качаясь на суку.
Но в лабиринте жизненных сплетений,
Считаешь годы, множишь их в строку.
 
Скрываешь лик под пестрою кольчугой,
Внимаешь пульсу дремлющей земли.
И звуки те, идя один за другом,
Теряются в тумане и в пыли.

Чей век продлишь, а чей — оборвёшь сразу?
Скупой отсчёт — ни просьб, ни лишних слов.
Твоя неспешная, отрывистая фраза,
Чеканит ритм предвечных холодов.
 
Металл надежды и свинец печали,
Сплавляются в магический напев.
Чтоб мы во тьме смиренно замолчали,
Своё сиротство гордо претерпев.

Гадалка серая в лесной шинели,
Хранительница тайн у алтаря.
Твои слова дошли и дозвенели,
Пророчеством над миром догоря.
 
И пусть ответа нет в застывшем взоре,
Пока летит по ветру твой призыв, —
Ты пьешь по капле человечье горе,
В бессмертном эхе время растворив.