Путеводная нить

 

О! Как раны болят. Кровь и пот вперемешку.
Крест тяжёл. Круток путь. Солнце жжёт.
Год тридцатый - двухтысячный. Я где-то между
За меня Человек на Голгофу идёт.

На лице Человека страданье Вселенной,
Боль и муки, и скорбь миллионов земли.
Он несёт на Себе тяжесть всех преступлений
Всех грехов и ошибок, что сделали мы.

Он идёт по земле, сотворённой для счастья,
Ставшей ныне землёй, полной скорби и слёз.
В чистом взоре Его - лишь любовь и участье
К тем, чьи речи полны ядовитых угроз.

Он идёт умереть той позорною смертью,
Что придумана Римом для злостных убийц.
О! Как взор Его нежно взывает: Поверьте!
Как молчанье Его призывает любить.

Он идёт средь толпы Своих падших творений.
Застилает слеза Божьих глаз синеву.
Никого, не стыдясь, плачет Царственный Пленник.
О медлительных сердцем, что слепо живут.

Вот и холм. Место казни. Вбиваются гвозди
В Божьи руки, что гнали болезни и страх.
Металлический звон разрывает полуденный воздух,
Чтобы вскоре откликнуться эхом в ушах и сердцах.

Поднимается Крест с телом Божьего Сына,
Чтобы землю и небо соединить.
О, Любовь всепрощенья! О, кроткая сила!
Струйка Божьей крови - путеводная нить.

Путеводная нить! Крови крупные капли,
Как рубины, горят на Голгофском Кресте.
Долго будут гадать: Он разбойник ли, раб ли?               
Но увидят немногие Бога в Христе.

О! Как стонет земля, как печалится небо.
Крест Голгофский стоит уж две тысячи лет.
Человек, если ты у Креста того не был,
Ты живёшь в темноте, ты не ведаешь Свет.