Замерзающий свет витрин,
Чей-то смех вперемешку с дымом.
Я давно уже не храним
Ни ангелом, ни любимым.
Ты выходишь из темноты —
Шарф намотан на пол-лица.
В этом городе мы — не ты,
Мы— два беглеца.
Твои пальцы в моём рукаве,
Фонарь мигает устало.
Ты сказала: «Побудь со мной,
Мне сегодня чего-то мало».
А вокруг — провода и снег,
Кто-то громко поёт про разлуку.
Я давно не ищу утех,
Но ты греешь замёрзшую руку.
Город спит, а метель всё злей,
Мы стоим — два слепых осколка.
Ты прости, что я стал грубей,
Что любовь моя — только полька
Под чужой невесёлый мотив,
Что стирает шаги с асфальта.
Ты прости. Я давно не красив.
Я давно не хочу в гештальты,
В разговоры, в чужие сны,
В обещанья, что тают утром.
Просто здесь, посреди зимы,
Мы облачены перламутром
Всё, что было до нас, до двух
Замерзающих у витрины.
Мы с тобою — последний слух
Последние эндорфины
Любовь моя- только полька
© Copyright: Валентин Владимиров, 2026
Свидетельство о публикации №126040503214
Свидетельство о публикации №126040503214
Рецензии