Свадьба без свидетелей

  Этому утру предшествовала беспокойная ночь.  В четырнадцать ноль-ноль  наша роспись.
  Месяц назад мы подавали заявление в городском ЗАГСе  на регистрацию брака.  Служащая, принимающая заявление, не проявляла к нам ни малейшего интереса. Мы для неё всего лишь очередная странная пара, пожилой мужчина и немолодая женщина. Глядя на календарь, она нудным голосом говорит:
- День можете выбрать. Сегодня двадцать пятое февраля, значит, я могу вас поставить на  первое апреля или на двадцать первое.
- Ой, как долго! — пугаюсь я — Мы не можем месяц ждать. Можно поскорее. Нам уезжать надо. Можно через неделю, например?
- Нельзя. По закону регистрация должна быть только спустя месяц с подачи заявления. Вам даётся время на обдумывание.
- Думать у нас нет времени. Помогите, пожалуйста.
-  Не могу. Срочная роспись только в двух случаях: беременность или угроза жизни.
- У нас угроза жизни.- подключился к разговору Николай.- Мы в любой момент можем умереть в виду своего возраста.
Строгая женщина улыбнулась, но не сдалась
- Первого или двадцать первого апреля.
- Давайте первого апреля — говорю я  - это всё-таки ближе, чем двадцать первое.
- Что ж, дураки тоже, бывает, женятся. — добавил мой будущий муж.


И вот  этот день настал. Месяц я жила в постоянном напряжении. Всё-таки ему семьдесят один год. Мне шестьдесят четыре. Поздно семью создавать. За спиной у каждого большая жизнь.  У него два взрослых сына, у меня сын и дочь. С той лишь разницей, что у меня муж умер, а его бывшая жена жива и даже очень агрессивная дама.

Он развёлся с ней двадцать два года назад, но она ему постоянно твердит:
- Состаришься, никому не будешь нужен, ко мне приползёшь.
И мне сказала:
- Мы тебе его не отдадим.
Мы перед Богом и людьми чисты. Я — вдова, он давно разведён. Кто нам судья? Но все равно страшно иметь агрессивного врага.  Я чувствовала, что её агрессия не пройдёт никогда. Самолюбивая женщина никогда не смирится, что её бросили, хоть сто лет пройдёт. И в будущем у меня будет много случаев убедиться в этом.
Кто я? Дочь репрессированной финки, безотцовщина, а её родители занимали высокие посты в администрации города и имя у неё заграничное - Нинель. Завышенным самомнением она всегда давило на мужа, а теперь под этот пресс автоматически попадаю и я.

Месяц я боялась, что он передумает и не пойдёт на регистрацию брака.  Сварила кашу, молча поели, и тут я не выдерживаю.
- Нам через несколько часов идти в ЗАГС, ты не передумал? Что ты об этом думаешь?
-Я думаю, что я стану для тебя хорошим другом, ласковым любовником и верным мужем!

Специальных нарядов мы не шили, надели всё чистое и поехали на автобусе. Здание ещё было закрыто в виду обеденного перерыва.
- В нашем распоряжении пятнадцать минут, чтобы передумать. — шутит будущий муж.
- Не шути так. Я плохо понимаю шутки сегодня.
- Зря, сегодня день смеха, день дураков. Наш день.
Мы спустились в парк. Вокруг ещё голые, без листьев деревья. Пасмурный день. Возвращаясь к дворцу бракосочетания, в далёком прошлом Дом купца Стерлядкина, мы опешили. У самого входа стоит катафалк. Он перегородил вход.  «Это шутка его бывшей Нинель» - начинаю понимать я.
Но мы же никому не говорили о дне регистрации, хотя тот, кто хочет, узнает всё. Тем более, что её весь город знает, заядлая коммунистка., активистка. Меня обзывает «серой мышкой».
«Ну, нет, меня не напугаешь кошачьими клыками — думаю я, поглядывая на Николая — интересно, что думает он?»

Он к моей радости, даже не взглянул на катафалк, открыл массивную дверь и пропустил меня вперёд.

В холле ни души. Никого и в других комнатах. Только в одной комнате сидели работники по гражданским делам. Мы спросили куда нам идти и почему никого нет.
- Первое апреля. Свадеб нет, люди игнорируют этот день.
- Мы — нет.
- Проходите в зал. Вы одни? Гостей не будет?
- Одни.
Мы проходим за женщиной в зал, где без особой церемонии, она нас расписывает, колец мы не покупали, она сухо вручает нам свидетельство о браке и уходит.  Тишина гробовая, но мы даже рады, что вокруг нас нет никого. Зачем старикам свидетели их безумства. Оглядываясь по сторонам, держась за руки, мы направляемся к выходу.

Как вдруг, откуда не возьмись, появляется миловидная женщина с фотоаппаратом.
- Не уходите, надо запечатлеть счастливое мгновение вашей жизни. Давайте, я вас сфотографирую.
- Ой, мы не в наряде и лица наши в морщинах.
- Я ваши лица подправлю, а пропускать такой день не стоит.
- Мы старые для такого важного момента и нас у входа ждёт катафалк, а не свадебный кортеж.

- Нет, нет, я вас просто так не отпущу.
Её весёлое настроение воодушевило и нас. Мы пошли за ней и она тщательно настроив аппарат, стала расставлять нас.
- Фотографии получите здесь же в этой комнате через пять дней. Оплата при получении.
- Спасибо!
Надо же, только что эта женщина привела нас в чувство и мы начали понимать важность момента, часа, дня и начало нашей новой жизни.
Выходя из ЗАГСа, мы уже улыбались. Катафалк исчез. Солнце вышло из-за туч. На улице много, спешащих в разные стороны, людей.  И только пройдя квартал я вдруг вспомнила:
- Жених должен поцеловать невесту!
Мой новоявленный муж моментально, оглядевшись, затаскивает меня в подворотню и крепко целует в губы, прислонив старушку к кирпичной стене. Я смотрю на облупленную стену дома напротив, на калитку, которая скрывает нас от уличного тротуара и проезжей дороги, и шум  машинных шин, шаги пешеходов,  заменили нам вальс Мендельсона.