Махарабхарата. О будущем!

  Одно только время
Может удостоверить в справедливости любое описываемое событие!
И только современное человечество может сделать это для будущего вовремя!
/Серж Пьетро 1./

______
Приложение. Книга Будущности.

«Махабхарата» состоит из 18 парв (книг):
1. Адипарва (Первая книга) — история происхождения рода Бхаратов и описание начала вражды между сыновьями царя Дхритараштры и их двоюродными братьями Пандавами. Сыны Дхритараштры хотят истребить сыновей Панду, поджёгши их дворец, но те спасаются подземными ходами и живут в лесу.
2. Сабхапарва (Книга о собрании) — рассказывает об объединении древнеиндийских княжеств под началом Пандавов и о том, как они были лишены царства. Пять братьев, Пандавы, выступают в качестве претендентов на руку прекрасной Драупади, которая им и достаётся. Снова возгорается зависть в сыновьях Дхритараштры и когда Юдхиштхира, старший из братьев Пандавов, празднует своё коронование, как царь покорённых им соседних стран, сыновья Дхритараштры предлагают ему игру в кости. Юдхиштхира проигрывает свой дворец, свою корону, свою жену, своих братьев, и наконец, свою собственную свободу. Юдхиштхира, вместе с братьями, приговаривается на 12-летнее изгнание.
3. Араньякапарва (Лесная книга) — охватывает двенадцатилетний период, который Пандавы провели в лесу.
4. Виратапарва (Книга о Вирате) — повествует о событиях, которые произошли с Пандавами в течение тринадцатого года изгнания: их похождения и услуги царю Вирате, за которые он соглашается помочь им в восстановлении их царства.
5. Удьйогапарва (Книга о старании) — описываются дипломатические усилия Пандавов всеми способами избежать войны с Кауравами и приготовления к войне.
6. Бхишмапарва (Книга о Бхишме) — рассказывается о первых десяти (из восемнадцати) днях битвы на Курукшетре.
7. Дронапарва (Книга о Дроне) — о баталиях и поединках в течение пяти (с одиннадцатого по пятнадцатый) дней восемнадцатидневной битвы на Курукшетре.
8. Карнапарва (Книга о Карне) — о баталиях и поединках в ходе двух (шестнадцатого и семнадцатого) дней восемнадцатидневной битвы на Курукшетре.
9. Шальяпарва (Книга о Шалье) — о баталиях и поединках в последний день восемнадцатидневной битвы на Курукшетре.
10. Сауптикапарва (Книга о нападении на спящих) — о бесчестном истреблении войска Пандавов сыном Дроны по имени Ашваттхама. В конце войны в живых остаются только сыновья Панду, бог Кришна и его возница.
11. Стрипарва (Книга о жёнах) — описывается скорбь жён погибших воинов на поле Курукшетра и проклятие Гандхари по отношению к виновнику войны — Кришне (тому, как проклятие сбывается, посвящена «Маусалапарва», 16-я книга). Воспевается горе Дхритараштры и вдов[6].
12. Шантипарва (Книга об умиротворении) — утомительное и подробное описание обязанностей царей, пользы добрых дел и т. д..
13. Анушасанапарва (Книга о предписании) — подробно излагает предписания каст.
14. Ашвамедхикапарва (Книга о жертвоприношении коня) — о завоевании древнеиндийских княжеств Арджуной для Пандавов после того, как они одержали победу над Кауравами. Описание жертвоприношения коня Юдхиштхиры.
15. Ашрамавасикапарва (Книга о жительстве в лесу) — об уходе в лесную обитель и завершении жизненного пути родителей Кауравов — царя Дхритараштры и царицы Гандхари, а также матери Пандавов Кунти.
16. Маусалапарва (Книга о битве на палицах) — о междоусобном истреблении союза родственных племён — ядавов, вришниев, андхаков и кукуров, о смерти Кришны и Баладевы.
17. Махапрастханикапарва (Книга о великом исходе) — о последних днях жизненного пути Пандавов и Драупади, проведённых ими в странствиях и аскетических упражнениях.
18. Сваргароханикапарва (Книга о восхождении на небо) — о посмертной участи Пандавов и их двоюродных братьев Кауравов.
    Также существует приложение из 16 375 двустиший (шлок), «Харивамшапарва», повествующее о жизни Кришны.
   Второе приложение — О БУДУЩЕМ — Александр Фомич Вельтман ( 1800 – 1870, российский картограф, лингвист, археолог, поэт и писатель - указывал в общем списке книг как «Книга Будущности».
// А.Ф. Вельтман - участник Русско-турецкой войны 1828-1829 годов, подполковник. Начальник Исторического отделения Главной квартиры армии (1826—1831). Директор Московской Оружейной палаты (1852—1870), действительный статский советник. Член-корреспондент Петербургской Академии наук (1854 год), действительный член Русского археологического общества (1869 год).// -
   Второй том – «Будущее» – это утопический роман
«MMMCDXLVIII год. Рукопись Мартына Задека» (1833).
Подробно рассказывая о социальном строе государства будущего, автор стоит на позициях русской передовой философской мысли первой трети XIX зека.
В произведении заметны отголоски мировоззрения декабристов, теорий современных утопистов. Писатель дает резко отрицательную оценку тираническому правлению, раскрывает психологическую и социальную несовместимость деспотии и народного блага.
_______
Александр Фомич Вельтман
MMMCDXLVIII год  //Отрывки из романа.//

MMMCDXLVIII год
Рукопись Мартына Задека
   Посвящается князю Николаю Ивановичу Трубецкому.
 
   Книга первая
Предисловие
Одно только время может удостоверить в справедливости описываемого событие.
Воображение человека не создавало ещё вещи несбыточной; что не было, чего нет, то будет. Обычаи нравы и мнения людей описывают параболу в пространстве времени, как кометы в пространстве вселенной. Если бы человек был бессмертен, то в будущем он встретил бы прошедшее, ему знакомое.

Часть первая
Ты всех приковал к себе той цепью,
коей звены состоят из справедливости, доверенности и любви.
…
Часть вторая
Он хотел принять на себя образ Ангела,
и уподобился Ангелу падшему.
III
Время, сгладившее горы, иссушившее океаны, разрушившее миры, потушившее солнца, затеплившее новые светила, мирно текло. Любя частые, но всем преобразования, оно, казалось, довольно было новым порядком, восстановленным на земном шаре; – должно было ожидать постоянства. Покров грубых заблуждений опал с понятий, души возжглись, тела оживились, солнце сделалось щедрее для природы, влияния луны стали благодетельны, стихии примирились, а люди дружелюбно разделили землю по родству племен. Нравственная часть богопочтения, одинаковая с самого начала Христианства у всех народов, после переворотов в средних веках, превозмогла наконец предрассудки наружного богопочтения и совершенно искоренила ненависть, происходившую от различия понятий.
….
Часть третья
Он жаждал достигнуть до той высоты,
с которой можно окинуть одним взором всю землю,
и раскаялся – земля показалась ему чёрным пятном на ризе вселенной.
V
На другой день солнце блистательно восходило над вершиною Бугорлу, при подошве которой лежала некогда древняя Халкедония; тень от Леандровой башни легла поперёк пролива; шум пространной Босфорании проснулся.
…
Книга вторая
Предисловие
На вопрос: каким образом рукопись Мартына Задека перешла ко мне в руки, я должен дать объяснение.
Во время бытности моей в г. Яссах приучил я к себе одного забавного Швейцарца, странствующего пирожника и кондитера. Однажды, опорожнив его корзинку и наслушавшись его горных песен, любопытство заставило меня спросить у него про известного всем столетнего Швейцарского предсказателя Мартына Задека.
– Мартын Цадэк? – вскричал он – ах мой добрый господин, да это мой предок! Я сам называюсь Вернер Цадэк. Мы ведем свое происхождение от Цадэка Мелэха; Цадэк колена Елеазарова, был Первосвященником при Сауле и возвел в царское достоинство Соломона. Потом, один из Цадэков был основателем секты Цадэкеев, противной секте Фарисеев. Он сказал: «не уподобляйся рабам, которые повинуются единственно из страха или награды; будь покорен без видов на выгоды и без надежды на вознаграждение трудов твоих.»
Вот, видите ли, добрый мой Господин, вся наша фамилия следовала этому правилу; и я также: вы приказали мне петь – я пою, нисколько не думая о том, что вы дадите мне по крайней мере один рубье за мои труды. О! Я бы вам рассказал слово в слово, славную историю 3448 года, которую писал Эрнст Родер, по сказаниям Мартына Цадэка, и которая, хранится в Золотуре, и известна под названием Рукописи Мартына Цадэка.
Очень понятно, что, я заставил швейцарца Вернера Цадэка рассказывать мне историю 3448 года.
…
Разумеется, что все рассказанное им не мог я передать слово в слово, ибо язык Вернера Цадэка походил на язык происшедший во время столпотворения и состоял из всех земных наречий. Из рассказов Вернера можно было бы составить несколько десятков томов, но я был столько осторожен, что выкинул из общей связи главного события 3448 года тьму вставок подобных пустой несвязной повести о Ариадне, которую читает Мери.
       Вельтман.


Часть четвертая
Предрассудки есть пища рассудка.
Чтоб знать, что должно делать,
прежде должно знать, чего не должно делать.
VII
Прошло несколько дней. Иоанна никто не видел, кроме доктора Эмуна и Филипа истопника.
Но в один из торжественных дней, в которые Иоанн имел обыкновение осматривать полки свои, Воевода охранных полков приказал доложить Властителю о готовности войск к смотру.
– Смотреть войска буду! – сказал он.
Когда узнали в Сборной палате намерение Властителя быть на смотре войске, толпы придворных взволновались и устроились для встречи его.
Только Блюститель Босфорании был одинаков во всякое время года. Он обладал твёрдостью и правотою души, не боялся туч, ибо знал, что громы и молнии столь же необходимы для природы, сколько страх и надежда для человека.
…
Часть пятая
Она бы не знала любви,
если б взоры не были проводниками той электрической искры,
которая падая на сердце, воспламенят всю кровь.
IX
– Кто ж приехали на остров? Где Мери? Лена, позови ее!
Засмотрелась на приезжих, да и села на мель! В шестнадцать лет как полумертвая! Вздохи, да задумчивость, а молчалива как рыба! Уж не хочет ли сын навязать себе на шею эту радость. Есть чем утешить старость мою!
….

Часть шестая
И вы ропщете, волны морские?
Жалуетесь друг на друга ветрам, или друг другу на ветры?

XI
– На острове крик!.. Там меня хватились!.. Едем! Ждать опасно! Мери, садись в ладью!
….

Книга третья
Часть седьмая
Ты бережешь надежды свои как векселя,
за которые думаешь получить наличное золото;
утонешь, погибнешь в богатстве,
если счастие выплатишь тебе хоть по одному проценту на 100.

XIII
Исчезла в Босфорании беззаботность, столь сродная уверенности в общем спокойствии. Молва о странном недуге Властителя, о неизбежной войне, об Эоле, росла как герой древних Русских сказок. Возмущенное воображение порождало чудовищ, которых некому было истреблять. Страх овладел сердцами.
…
XIV
Час сбора для присутствия в Верховном Совете настал. Двери в пространную мраморную круглую палату отворились. Величественная колоннада поддерживала свод; из средины оного десница держала огромные весы правосудия, усеянные светильниками и заменяющие роскошные древние люстры и канделябры.
С восточной стороны палаты было председательское место; по обе стороны оного стояли кресла для четырех Верховных Совещателей; далее полукружиями места для двенадцати Советников. Перед каждым был стол, покрытый сукном, со всеми принадлежностями.
В конце сих отдельных полукружий совещательного заседания, была возвышенная кафедра для чтения дел, речей и последних оправданий виновных.
Между колоннами, столы для исполнительной части, с надписями различия отделений.
Все члены Верховного Совета и Советники были уже на местах; в след за ними прибыли Верховные Совещателя.
Два Сообщителя дел уже собирали в отделениях исполненное и клали на столах перед Советниками; принимали от них дела для передачи к исполнению, или смысл дел, для представления на заключение Верховных Совещателей.
После долгого молчания, но время которого каждый занимался рассмотрением принадлежащей ему части, вдруг первый Верховный Совещатель встал с места и произнес:
– Позвольте, господа, прервать частные занятия для общего. Вот полученное сообщение от Колумбийского Посланника, оно заключает в себе странность, дело необыкновенное! Он представляет присланный от своего правления долговой лист, и требует уведомить, каким образом Властитель примет обязательство Георгия о заплате законного долга на один миллион слав.
Этому листу не более как сто шестьдесят лет. Бывшие перевороты в обоих царствах изгнали из памяти этот долг, сделанный, во время путешествия по Америке Царя Георгия. Теперь не известно где и как сей лист случайно отыскан. С условленным ростом он составляет долговую сумму на 12,000,000 слав.
Как полагаете вы принять этот чудный запрос?
– Без Властителя этого делать невозможно, – отвечали все Совещатели.
– На этот вопрос нам также почти трудно отвечать, как Симониду на вопрос Гиерона, – сказал один из Советников.
– Но Властитель может быть спросит наше мнение, мы должны быть готовы.
– Я думаю, что ответ Колумбийцам должен быть краток и ясен: что ни от долга, ни от заплаты его мы не отрекаемся; но рост за 163 года платить не обязаны.
Все согласились на мнение Верховного Совещателя, но один Советник предложил другое мнение:
– Мне кажется, – говорил он, – что Америка, наш займодавец, давно скончалась, и потому должно еще исследовать: законные ли наследники её требуют заплаты долга?
…

Часть восьмая
Мстительная судьба нашла его.
XV
В гостеприимной пристани Босфоранской, на самой набережной, устланной Эвбейским мрамором и обнесённой узорчатою оградою на белой меди, гостиница, Вселенная славилась и привольем, и раздольем. Со всех концов мира съезжались туда гости и были там как дома. Прихотливый европеец находил там разнообразную смесь царства животного с царством растений, изготовленную по пылкому воображению утонченного и изнеженного вкуса. Житель Ледовитого моря удовлетворял страсть свою к мясу кита и белого медведя. Дикому колумбийцу подавали раковины, рыбную муку, юколу и любимую ольховую кору, облитую жиром; океанцу глину, разведенную ромом и незрелый маис, жареного казора и саго вареное на пальмовом вине; негру островитянину вайгутскую черепаху; африканцу финики и белед-аль-джеридскую саранчу; индейцу, которому Вейдам запрещает употреблять в пищу все, что одарено жизнью, приносили маис и пшено сваренное в молоке и осыпанное сахарным песком, сушёные тамаринды и фиги. Для жителей Киана изготовлялось снежное пшено, подловленное в кокосовом масле, поджаренные ломтики мяса золотого Фазана и кирпичный чай; для безобразных степняков Кажарских и Торфанских, сырое, прелое мясо кобылиц румелийских. Для японцев, мясо белых медведей.
Одним словом, там можно было иметь все; видеть всех народов, слышать все языки.
   
Часть девятая
Чувствуешь ли, что ты жертва двух противных сил?
Не поддавайся ни той, ни другой.
XVII
После ужасного события в Босфорании водворилась тишина; народ разошёлся по домам, благословляя Властителя своего, и припоминая как несбыточный сон все виденное и слышанное. Но у Иоанна ещё не спокойна была душа; немедленно послал он гонцов на встречу к царевне Эвфалии. Беспамятная Мери была исторгнута из хладных объятий преступного Эола и перенесена во дворец; маленькая Лена стояла в слезах около её постели.
В трудовом своем покое Иоанн нашёл сверток бумаги. Это была рукопись Эола.
Признания злодея ужасны; но Иоанн читал их, и невольный вздох сожаления вырвался из груди его.
    Вот что заключала рукопись;
«Люди, в которых есть сердце, но сердце не холодное, не бесчувственное; люди,
в которых есть зрящая, могучая душа, но не дух обыкновенной жизни,
хотите ли знать причины бедствий человеческих?..
Но что вам в чужом опыте? Вы не поверите ему!..
Для вас нужно собственное бедствие? Испытывайте же нещастия и слушайте жизнь мою, как несбыточный рассказ, который в состоянии только усыпить вас!
Не принимайте слов моих за исповедь, за раскаяние: перед вами ли, слабые существа, мне считать себя виновным, перед вами ли оправдываюсь я, и вашего ли ищу прощения?
Нет!
Я виноват сам перед собою, перед самим собою падаю я на колена, перед очами собственного разума я наказываю сердце своё!
   Кого ещё казнил бы я презрением, как преступника? 
Того, кто первый не сказал мне, что я человек…
Того, чья рука поднялась, чтоб указать мне ложный путь к счастию и цель не соразмерную ни предназначению моему, ни силам моим;
того, чьи уроки поселили в душе моей нечеловеческую надежду утолить голод светом солнца, а жажду светом луны!
   Слушайте слова мои! Они опечалят вас на время, как заунывная песнь страдальца; вы вздохнете и броситесь опять по тому же пути, на оконечности которого думаете вы найти цель ваших надежд и желаний.
   Я бы сказал вам: учитесь, люди, чужими бедами;
если вы не прах, не камни, не металлы, и если вы ищите в себе спокойствие,
а вне себя света и радостей!
Но вас ли учить, опытных, мудрых, самонадеянных?
…
   Пресмыкаться ли создан человек, говорил он, для пищи ли и для сна ли только создан он?
Испытай, говорил он, обыкновенные нужды и наслаждения,
и скажи, какое чувство поселят они в сердце твоем?
   И пресыщал он меня всевозможными наслаждениями.
   И я поверил ему. Пресыщение оставляло по себе тягость, боль, грусть, отвращение! Я поверил ему, потому что мысль стремилась к показанной мне отдалённой цели, окрыляла меня, облегчала все существо мое, вливала в меня какое-то чувство, которое было выше радости, сладостнее наслаждения.

Заключение
XVIII
(Дворец Властителя).
Иоанн.
Евфалия! Вот участь человека, довременно перенесённого воспитанием в другой мир. В нём, до самой смерти, борется он с жизнью, как утопающий посреди океана борется с волнами.
Евфалия.
Ужасно! Но ещё ужаснее для меня судьба бедной, ангела Мери!
Кто преступник: случай или она?
Если б, она узнала эту бедственную тайну, она не пережила бы откровения её.
…
Иоанн.
Я тебя знаю: ты свободен;
глубокая старость искупила вину твою пред людьми;
совесть накажет тебя, если ты был преступником.
Исаф.
Я был кормчим на корабле, купленном Эолом. Вот моё преступление.
…
Пират.
(рвется из рук стражи).
Отец… сказала она… постойте!..
Нет, ведите меня, на груди моей лежит уже совесть!..
Крепко прижалась она к сердцу!..
Подле него нет уже места ни для Лоры, ни для Мери…
(выбегает).
Библиография
Вельтман, Александр Фомич.
MMMCDXLVIII [3448] год: Рукопись Мартына-Задека. Кн. 1–3 / [Вельтман]. – Москва: А. С. Ширяев, 1833. – 3 т.
_____________