Авторская песня от Высоцкого до Розенбаума

МОИ ВСТРЕЧИ С АВТОРСКОЙ ПЕСНЕЙ ОТ ВЫСОЦКОГО ДО РОЗЕНБАУМА

Моя дюжина лет начала сочиненье стихов.
А ещё через три юность встретилась с авторской песней,
в ней с поэзией, музыкой, пеньем – триадой такой,
чьё единое авторство виделось жизнью чудесной.

Обращался Высоцкий и к первому ряду со мной:
вещий, словно Кассандра, пророчил Отечеству правду.
Покорял напряженьем всех сил друг-товарищ земной,
чьей энциклопедичности сердце душевное радо.

К Александру Вертинскому атлас любимый прильнул,
что Землёю той Огненной в синей дали океана
романтично от серости будней навек увильнул,
кругосветкой банан и лимон Сингапура дав благоуханно.

А Булат Окуджава прочнее булата проник
восклицаньем добра, поразительной тонкостью чувства,
дружно сентиментальный настрой подарив напрямик.
К музыкальности родины Моцарта страстно примчусь я...

Пастернак, Мандельштам и Цветаева – дивный музей!
Выражай как театр, Александр сын Аркадия Галич,
запредельно Ахматову, словно мадемуазель!
Ты в мой мюнхенский сборник «Париж» изощрённо втекаешь...

«Синих глаз» «государство» соцветно, созвучно с моим:
Саша Дольский изяществом нот согревает и в стужу.
«Удивительный вальс» он в аккордах к себе заманил,
благодарность-автограф внедрив мне «за добрую душу».

Розенбаум пластинки и фото судьбой надписал,
получателя славил и дал поводить бультерьера,
подружил и с семьёй; улыбнулись, паря, небесам
и доверились общности дум как высоким курьерам.

Фестиваль Всесоюзный призвал поработать в жюри,
вознеся поэтично мою к КСП принадлежность,
где и Гришу Дикштейна за шарж как портрет не жури.
Помню Кукина, с Ножкиным, с Кимом бесед я безбрежность...