The Five

сцена принадлежала ей,
и почти три минуты она владела
каждой унцией взвихренного воздуха..
она  превратилась в машину,
начав с  бас-барабана
запустила свободный
разговор между райд-тарелками
и бас-барабаном под резкий треск римшотов,
ускоряясь и замедляясь,
 
мед  лен  не  е...
мед  лен  не  е..

на фоне ритмичного гудения добавила
россыпь  дроби ,
вернулась к  фанк-груву
в традициях эмоционального стиля ее отца,
 до того времени, как он потерял разум.

добавить партию клавишника?
она резким взмахом головы
велела партнёра отойти на двухминутную отметку,
и вопрошающий с  вышел из лучей
синих и красных прожекторов.

все, что ей нужно было сказать,
она намерена сказать сама.

в последующие секунд сорок
она довела свою игру до края.
сидела верхом на троне в центре бури,
мелькали руки с палочками,
она выводила сложный узор напольных том-томов,
барабанов,
медных крэш-тарелок.

пот блестел у нее на лице,
глаза  закрыты,
она была в нирване барабанщика,
залитая  светом.
 тарелки под тяжелыми ударами переливались
синим и багровым,
черные стены отвечали ей и грому,
 которым она говорила с ними -
я есть,
я здесь,
я здесь,
я человек
и я заслужила эту минуту.

просекайте ! 
машина ритма,
двигающая музыку вперед,
создающая фон
и время от времени — всплески,
просто потому, что хочется всплеска.

и  каков бы ни был темп,
она успевала всюду,
где она нужна.

 театр одного актёра. монолог.

Эссе по мотивам триллера Роберта Маккаммона «The Five» (Пятёрка) —
рок-группы, что пытается выжить  в музыкальном бизнесе.

Читали ль вы?