Горький вкус

Куплет 1

Старый стол, остывший чайник,
Фотографии в углу.
Горсть обид и слов случайных
Рассыпаю по столу.
Пепел падает на скатерть,
Светит солнце прямо в глаз.
Кухня стала словно паперть —
Вспоминаю жизнь сейчас.

Припев

Горький вкус той весны на губах,
Первый дым сигарет в опустевших дворах,
Там клялись: «Никогда не сдаваться!»
Где теперь пацаны тех времён?
Кто в земле, кто судьбой обделён...
Где девчонки из прерванных снов? —
Тишина вместо клятв и правильных слов.
Горький вкус — как беда, как вино.
Пью за тех, кому жить суждено,
Кто ушёл слишком рано и быстро,
Сел в последний полночный трамвай,
Что увёз в тот потерянный рай
В те далёкие наши семнадцать.

Куплет 2

Помнишь, Серый, в том подъезде
Шёпот стен дым сигарет?
Ты — к присяге и в разъезды,
Я — в казённый кабинет.
Твой жетон, моё кольцо...
Жизнь швырнула как в кювет.
Помнишь Танино лицо?
Той, которой больше нет.

Куплет 3

Смех её в трамвайном звоне
Чудится среди толпы.
Чувство, сжатое в ладони,
Разлетелось на щепы.
На руках чужие кольца,
Города — стена к стене.
Лишь в душе застыло солнце
В том забытом пацане.

Финиш

В том забытом пацане...

Промт

Smoky Russian urban chanson ballad, mid-tempo sway. Gravelly male vocals up close; nylon-string guitar and gently strummed electric carry the harmony, warm bass underpins. Soft sax phrases answer vocal lines in verses, then bloom into melodic countermelodies in the chorus. Subtle accordion pads in the background, brushes on snare for a late-night bar feel. Final chorus rises slightly in key and intensity, sax takes a short, aching outro lick as the vocal trails off.