32 глава о Б. Пастернаке

                Я вернусь немного назад – до похорон Бориса Леонидовича Пастернака. До последних минут жизни рядом с Поэтом была Зинаида Николаевна, Жена и Друг, главная женщина в Его жизни. Когда-то Он написал Ей: «… и умру с твоим именем на губах». Слова Поэта сбылись. А Ольга Ивинская так и не простилась со своим Возлюбленным – Зинаида Николаевна предложила мужу – позвать её, но Он не захотел.
                Через полтора часа после смерти Поэта, Би – би – си уже передавало  эту скорбную весть по радио. Советское же радио об этом – ни слова.
                В «Литературной газете» было напечатано сухое, официальное объявление о том, что скончался де писатель, член Литфонда Пастернак Борис Леонидович. В конце, как и положено – соболезнование  семье покойного.
                И – совсем непохожее на это, официальное,  несравнимое с ним, -- рукописное извещение, вывешенное на Киевском вокзале Москвы, вывешенное в день похорон, 2 июня:

                «Товарищи!
                В ночь с 30 на 31 мая 1960 г. скончался один из великих поэтов современности Борис Леонидович Пастернак.
                Гражданская панихида состоится сегодня в 15 час.
                Ст. Переделкино.»

                А тем временем в Переделкино Зинаиде Николаевне Пастернак приходили телеграммы соболезнования: из Ленинграда – от Анны Ахматовой, Ольги Берггольц; из Москвы – от Павла Антокольского, Дмитрия Шостаковича; из Тбилиси – от грузинского поэта Симона Чиковани, и от многих других – известных и неизвестных людей. Были телеграммы и из-за границы. Напр., из Бельгии:
                «Глубоко опечалена смертью гениального поэта. Выражаю его жене, его сыновьям и вам всем участие, которое я принимаю в вашем безмерном горе.
                Елизавета Бельгийская.»

                И только официальная Москва молчала: ни одной телеграммы от официальных лиц советского государства…

                Хоронили Поэта на переделкинском кладбище (причём гроб несли на руках) при стечении нескольких тысяч друзей и почитателей. – Все ответвления  московской интеллигенции были здесь: художники, актёры, музыканты, писатели… Переделкинские рабочие и крестьяне тоже пришли проститься с Борисом Леонидовичем: его любили все. Особенно много было молодёжи: хоронили любимого поэта, своего поэта и прекрасного, благородного человека, чья жизнь и чьё творчество оставили глубокий след в душах многих людей. Один из почитателей Пастернака, вместе с другими провожавший Его в последний путь (Михаил Поливанов), вспоминал:
                << Я вспомнил стихотворение Пастернака «Август», и оно меня поразило своей пророческой силой. Как будто это было откровение о собственных похоронах. Всё происходило, как в этих стихах. Высокая атмосфера покоя, торжества, надмирной отрешённости, атмосфера не конца, а завершения земного пути присутствовала здесь.>>
Как обещало, не обманывая,
Проникло солнце утром рано
Косою полосой шафрановою
От занавеси до дивана.
Оно покрыло жаркой охрою
Соседний лес, дома посёлка,
Мою постель, подушку мокрую,
И край стены за книжной полкой.
Я вспомнил, по какому поводу
Слегка увлажнена подушка.
Мне снилось, что ко мне на проводы
Шли по лесу вы друг за дружкой.
Вы шли толпою, врозь и парами,
Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня
Шестое августа по-старому,
Преображение Господне.
Обыкновенно свет без пламени
Исходит в этот день с Фавора,
И осень, ясная, как знаменье,
К себе приковывает взоры.
И вы прошли сквозь мелкий, нищенский,
Нагой, трепещущий ольшаник
В имбирно-красный лес кладбищенский,
Горевший, как печатный пряник.
С притихшими его вершинами
Соседствовало небо важно,
И голосами петушиными
Перекликалась даль протяжно.
В лесу казённой землемершею
Стояла смерть среди погоста,
Смотря в лицо мое умершее,
Чтоб вырыть яму мне по росту.
Был всеми ощутим физически
Спокойный голос чей-то рядом.
То прежний голос мой провидческий
Звучал, не тронутый распадом:
«Прощай, лазурь преображенская
И золото второго Спаса,
Смягчи последней лаской женскою
Мне горечь рокового часа.
Прощайте, годы безвременщины!
Простимся, бездне унижений
Бросающая вызов женщина!
Я – поле твоего сражения.
Прощай, размах крыла расправленный,
Полёта вольное упорство,
И образ мира, в слове явленный,
И творчество, и чудотворство».
<1953>
Стихотворение Бориса Пастернака «Август» (1953) входит в роман и помещено в раздел «Стихотворения Юрия Живаго». Оно было написано к 50-летию отроческого спасения от смерти, случившегося в день праздника Преображения Господня (второго Спаса), отмечаемого 6 августа по старому стилю. Юный Пастернак тогда упал с лошади.
  Празднику Преображения посвящен храм в Переделкине, недалеко от которого поэт похоронен.

                Во время похорон пошёл сильный дождь. Но люди не расходились: долго – долго ещё (до позднего вечера) на могиле Великого Поэта читали стихи и жгли свечи… жгли свечи и читали стихи…