Фальшивый друг

Когда смеялись вместе мы до слёз,
Делили радость, горе и мечты,
Я думал, наша дружба — то всерьёз,
И в ней не будет места пустоты.

Ты по плечу меня с улыбкой бил,
Кричал: «Мой друг!» на весь подлунный мир,
Но за спиною камень свой точил
И для других устраивал свой пир.

Твои слова — дешёвый маскарад,
Твои объятья — холоднее льда.
Я был наивен, был обману рад,
Но эта слепота — не навсегда.

Теперь я вижу: в солнечном кругу,
Где каждый — брат, товарищ или свой,
Ты прятал тень и ложь. Я не смогу
Считать тебя своим. И Бог с тобой.

Мои  друзья — как в луже блик:
Красиво, ярко, тянет заглянуть.
Но стоит лишь коснуться — в тот же миг
Разрушишь гладь, увидишь только муть.

Они звонят, когда им нужен ты,
Когда твой свет им освещает путь.
В твоих глазах читают лишь мечты,
Чтобы потом их в спину упрекнуть.

Они эксперты в лести и вранье,
Их «как дела?» — пустой, избитый звук.
Для них твоё паденье — бытиё,
Где можно роль сыграть «спасает друг».

Так лучше быть упрямо одному,
Чем окружать себя толпою тел,
Что предадут, едва пойдёшь ко дну.
Такой дешёвый, горький их удел.

Они как плющ, что дерево обвил,
Зелёной лестью закрывая свет.
Он думал: «Сколько у меня любви!»,
Не замечая, что исходит вред.

Плющ пьёт все соки, шепчет: «Мы — одно,
Я защищу тебя от бурь и гроз».
А дереву становится темно,
И вянет крона от пролитых слёз.

Когда ж нагрянет зимняя пора,
И станет дерево сухое и нагое,
Плющ отползёт, сказав: «Мне в путь пора,
Искать себе пристанище другое».

Так и друзья фальшивые уйдут,
Когда твой сок и свет иссякнут вдруг.
Лишь шрамы на коре напоминать им будут
Про ядовитый и коварный круг.

В час торжества — их целый легион.
В час твоего падения — их нет.
Фальшивый друг — пустой и громкий звон,
Что умолкает, лишь погаснет свет.

Они не в сердце — в солнечном луче,
Их дружба — роль, их клятвы — просто пыль.
Запомни: ключ, что не подходит к двери, —
Не ключ, а просто сказка, просто быль.