Унижение - моя работа!

На сцену ресторана вышел бледный шут.
Окинул взглядом зрителей в разгульном зале.
И стал невинно и болезненно шутить,
Высвечивая юмор едкийсвой свой, как на экране.

Потуги клоуна игривы. Иногда смешны.
Кривляется на сцене. И господ дурачит.
Лицо растягивает в милую улыбку доброты,
А за спиной тихонько ножик острый прячет.

Лицо в улыбке, а в глазах печаль!
Тоска со злобой ум и сердце разъедает!
Запоминает тех, кто изголяется над ним.
Всех, кто над ним от смеха в дико угорает.

Кто ржёт гиеной и сжимает кошелёк
Набитый золотом и крупными деньгами.
Кто потешается над бедным, как царёк,
Вцепившись в жирный бутерброд алмазными зубами.

Кто так надменно ржёт над дураком
Себя считая остроумным и великим!
И тешится над бедным и больным шутом,
Комичным с виду, безобидным и безликим.

Но будет вечер! Будет ночь и тишина!
Затихнут мыши и коты. Уснут собаки.
Уснут хозяева гостиниц и жилых домов
Обняв любовниц или жён в счастливом браке.

И тут на площадь выйдет бледный шут!
Сжимая нервно рукоятку острого кинжала.
С улыбкой Сатаны толкнёт себя в больную грудь,
Что-бы рука от дикой ярости и гнева не дрожала.

И станет ждать конца банкета в кабаках,
Когда затихнет гулкое и пьяное веселье,
Когда богатый господин в блестящих кожанны туфлях
На улицу с пирушки выйдет в лунное свечение.

И тут пред ним предвстанет Сатана!
Вампир в игривом шутовском наряде!
В глазах невыразимая, немая пустота!
Бездонный холод! И презрение во взгляде:

- Я вас приветствую! Мой господин и плут!
Повеселились вы сегодня надо мной во славу!
Кривлялись, будто вы на сцене, а не я весёлый шут!
Бросали лицемерно деньги медные актёру на забаву!

Но этим только тешили себя!
Лишь раздувая пошлую натуру эгоиста,
Презренно возвышались над толпой
С улыбкой подлого надменного садиста!

Вот эти деньги! Я их все назад принёс!
Они так злобно жалят сердце мне и душу!
Они как шум в ушах от звона Дьявольских колёс!
Как лютый ветер кровь морозят в злую стужу!

Вы приставали к юнной прихорошенькой мамзель.
На вид которой только лет пятнадцать с роду.
Сулили деньгией ей, карьеру, золотой кошель,
Чтоб отдалась бедняжка толстому, как вы, уроду!

Она так плакала! Молила! Вы-ж смеялись!
Вы забавлялись вашей Дьявольской игрой.
Насильно жирными губами целовали её ручки.
Вам грезилось, что вы хозяин мира и герой!

И мне бы не было до вас большой заботы,
Ведь унижение пред толпою - это суть моей работы!
Но ваша жажда подлости и унижения людей других
Не скроет занавес кривляний ваших шутовских!

Глаза невинной девушки, мне в сердце бьют, как плеть!
И вам за это лишь презрение моё! Мой нож! И ваша смерть!