122 Сонет Шекспира

Вариант 1

Все письмена твои живут во мне,
Там каждый штрих останется навек.
Не сгинет он в холодной, мрачной тьме,
Пока живёт на свете человек.
Пока мой мозг способен мыслить ясно,
А в жилах кровь горячая течёт,
Забвение искать в словах напрасно,
Твой светлый образ время не сотрёт.
Листы не могут столько сохранить,
Мне не нужны зарубки для любви.
Я смело смог те письма отложить,
Чтоб чувства пели в собственной крови.
Хранить предмет, чтоб помнить о тебе,
Сродни измене в собственной судьбе.


Вариант 2

Твой дар, блокнот, хранится в голове,
Где память вечная ему дана.
Он не исчезнет в жухлой мураве,
Пока душа жива и влюблена.
И до тех пор, пока стучит в груди
Моё простое, преданное сердце,
Ты никуда не сможешь отойти,
Ни за какую не исчезнешь дверцу.
Бумага не способна удержать
Всю ту любовь, что я в себе храню.
Зачем мне эти записи листать?
Я их отдал пылающему дню.
Мне костыли для памяти не брать,
Чтоб о тебе вовек не забывать.


Thy gift, thy tables, are within my brain
Full charactered with lasting memory,
Which shall above that idle rank remain
Beyond all date, even to eternity;
Or, at the least, so long as brain and heart
Have faculty by nature to subsist,
Till each to razed oblivion yield his part
Of thee, thy record never can be missed.
That poor retention could not so much hold,
Nor need I tallies thy dear love to score;
Therefore to give them from me was I bold,
To trust those tables that receive thee more:
To keep an adjunct to remember thee
Were to import forgetfulness in me.

(Sonnet 122 by William Shakespeare)

Твой дар, твои скрижали в моей голове полны неизгладимой памяти,
которая пребудет над этим праздным званием
вне времени, даже в вечности:
или, по крайней мере, до тех пор, пока мозг и сердце
обладают природной способностью существовать;
пока каждый из них не отдаст свою часть
забвению, твой след никогда не будет утрачен.
Бедная память не могла вместить столько,
И мне не нужно было подсчитывать твою драгоценную любовь.
Поэтому я осмелился отдать их тебе,
Доверившись тем, кто примет тебя с большей радостью.
Хранить их, чтобы помнить о тебе,
означало бы для меня забвение.