Шурочка

                В ДЕРЕВНЕ



           Шурочке опять снился этот жуткий сон: зима, холод, засыпанная снегом

     долина.

           Семья жила в селе Малая Боёвка. Отец Михаил воевал, а матушка Мария

     вместе с четырьмя детьми перебралась ближе к родителям. Война - 1941 год!
    
     Шурочке исполнилось пять лет, братику Владу - три годика, а старшие брат

     и сестра казались такими большими!

            В деревне хорошо! Зимой снега много. Любимое местечко - крутая горка.

     Шумная ребятня тащила ледянки, дощечки, саночки. Катались до глубокой

     темноты. Дома, конечно, попадёт - придут мокрее мокрого... Мама поругает,

     но разве можно на неё обижаться? Даже и шлёпнет, а потом прижмёт к себе,
   
     погладит по голове, чмокнет в макушку. Бабушка поворчит маленько, вкусно

     накормит, даст сухое - и на печку, на тёплую лежанку. Бабуля сказку скажет-

     глаза сами закроются, спится сладко.

           У каждого в доме сбоя работа. Шурочка любила помогать и в бескрайнем

     огороде, и с курами, только гусей побаивалась - щиплются. КОРОВУШКА -

     милая, тёплая, большеглазая красавица Звёздочка. Её хотелось ласкать, мыть,

     кормить потихоньку вдали от сторонних глаз. Корова всё понимала, могла
 
     благодарно посмотреть, кивнуть головой и даже улыбнуться.

           Братик Владя ходил за сестрёнкой как привязанный. Саша - его защита,

     кормилица, друг и верный товарищ. Их так и прозвали "иголочка да ниточка".

           Много дней за лесом слышались выстрелы, взрывы: фронт то отодвигался,

     то подступал совсем близко. Люди освоились, ко всему привыкает человек. Они

     жили свою неспешную жизнь, изредка поглядывая на небо. Бывало гулко летели

     самолёты да только наши, со звёздочками. Подростки собирались по вечерам

     на завалинке, смеялись, пели, иногда танцевали. Молодость не ведает тишины.

     Односельчане судили-рядили обо всём, но верили :" Фрицев погонят! Опять

     откроется путь в "светлое завтра".

           Ребятишки, бывало ссорились, но по всем вопросам к бабушке. Она

     взглянет мудро, с хитринкой, урезонит спорщиков, а потом по яблочку даст и

     пошлёт во двор помогать: то птиц покормить, то в погреб  слазить за чем.
   
     Работа сама помирит. Отпустит на улицу вместе, похвалит обоих и тихо

     прошепчет: "Толкач муку покажет!" Шурочка долго не могла понять:" А кто же

     этот Толкач?"


                ФРИЦЫ!


           Ту ночь не забыть! Она адски грохотала: автоматные очереди разорвали

     тишину. В село вошли немцы. Народ мигом проснулся. Люди тревожно будили

     детей, одевались, крестясь и охая. Марии дома не было - заночевала у сестры.

     От фар машин и мотоциклов было светло как днём. Немцы по - хозяйски входили

     в каждый дом. Пришли и к ним. Бабушка поставила внуков за спиной и тревожно

     смотрела на немцев.

           Офицер стремительно прошёлся по чистому, просторному дому. Три фрица

     нагло, нахраписто собирали вещи в мешки. Ещё двое спустились в погреб за

     продуктами. Они напоминали стаю крыс. Совершенно не замечая хозяев, вместе

     с награбленным "выкатились" из избы. Офицер важно прошёлся по комнате ещё

     раз, пристально, со знанием дела рассмотрел иконы в красном углу и резко

     повернулся к бабушке. Он рукой отстранил защитницу, наклонился к детям и

     завизжал:

     - Шнеле! Шнеле!

            Семью выгоняли на улицу, на мороз. У бабушки Марфы тряслись руки. Она

     достала высохшую одежду, носки, валенки. Солдаты подгоняли. Старшие дети

     помогали малышам, только шарф Владика исчез. Шурочка повязала ему на шею

     полотенце. Крики охранников напоминали щелчки хлыстов.

            От каждой избы тянулись "ручейки" семей, а по главной дороге " текла

     река односельчан". Всех прикладами загнали в школу, намертво закрыли двери

     и поставили оцепление. Не прорваться!!! Дети плакали от страха, взрослые

     успокаивали, обнимали, грели. Внезапно Шурочка увидела мать и побежала к

     ней. Мария сидела рядом с сестрой Татьяной. Фашисты ради забавы ударили тётю

     по голове. Мария подхватила сестру и медленно довела до школы, не обращая

     внимания на окрики. Силы кончились. Бабушка и ребятишки сгрудились рядом.

     Вместе и умирать не так страшно!
            
             Снаружи что-то происходило: слышались постукивания, приказы, рёв
    
     машин. Дед Николай тихо процедил сквозь зубы:

      - Минируют! Будут взрывать!

             И тут заголосили бабы, закричали, загалдели...В ответ послышались

      автоматные очереди, гортанные крики, ругань, грязный смех.

             Дед чётко скомандовал: "Тихо!" Народ разом замолчал и взглянул

      на него с надеждой.


                НОЧЬ