В жанре эпитафии

Март  пылью  улиц  и  избытком  лиц
исчез  в  архиве,  обротясь  апрелем.
Война  завязла,  триумфальный  блиц
размазан  смазкою  измученных  турелей.

Каркас  античности  на  двадцать  первый  век.
Платон  не  Буцефал,  но  доллар  дорожает.
Есть  макияж  вечерний  для  нависших  век,
удои,  баррели  и  тонны  урожая.

В  империи  пока  не  началась  пальба,
Призрак  Согласия  правит  эпохой.
Анатомия  женщины  -  её  рок,  планида,  судьба.
Сказки  о  равенстве,  вызывают  хохот.

Паскудная  весна  со  списком  тающих  обид.
Ублюдок  в  раже  говорит:  -  Я  вас  услышал.
-  Причём  тут  медосмотр,  привозной?  И  твой  артрит.
Усталый  город  обновляет  цинковые  крыши.

Не  досмотрев  спектакль  жаль  покидать  театр.
Что  там?  Жизни  мильонов  китайских  кули?
Бумагу  с  мылом  роднит  вещество  -  едкий  натр,
с  гением  нас  сближает  сиденье  на  стуле.

Выбор  цвета  и  формы,  снова  дыра,
поиски  дофамина  на  плоском  экране.
Всё  о  том  же,  хуже  июльского  комара,
насекомых  гуденье,  вшивый  о  бане.

Классик  давно  обозначил  размытый  финал  -
не  трагичный,  но  мерзко-досадный...
Или  пролив  превратился  в  школьный  пенал,
или  новый  жребий  у  бедной  Кассандры.

Не  повторить  километры  до  Триумфальных  ворот.
Быть  мудрым  не  имея  с  этого  выгод,
руины  эротики  с  рифмами  наоборот.
Шпагу  не  взять  и  не  сделать  выпад.



март 2026