When Lilacs Last in the Dooryard Bloom d

1
Когда наполнился мой двор в последний раз сирени цветом
И бездна запада до срока поглотила свет ночной исполинской звезды,
Был я скорбен — и буду в печали всегда я с извечным приходом весны.

Весна-весна, твой возврат троекратным страданьем пройдет сквозь столетья:
Звезды стремительный закат, и сирень, распушившая снова сети соцветий,
И помыслы о милом мне человеке.

2
О, звезда, что в расцвете сил погасла на западе!
О, капризные тени ночные, стенаний исполненные!
О, невидимый звездный гигант и его покрывающий мрак!
О, жестокие руки, что меня сил лишили и беспомощной душу мою сотворили!
О, суровая туча, что сердце мое пронизала насквозь ледяными осколками!

3
Шелушится побелкою изгородь старого дома и сада,
Где вздымается зеленью яркой сирень с листвою сердцеподобной,
Любимым с детства ароматом наполняют округу цветы её нежные.
Каждый лист невозможно прекрасен - и с куста в том саду,
С листвою сердцеподобной и цветов нежных гроздьями
Отломлю я одну беззащитную буйно цветущую ветвь.

4
Вдали от глаз, в заброшенных болотах,
Там птица робкая пугливо свою песенку щебечет.

Ты одинок, отшельник-дрозд,
Сам по себе, бежишь жилья людского,
И напеваешь самому себе.

Гортанью прободённой извлекаешь звук,
Смертельна песнь во имя жизни (ведаю, мой ценный брат:
Когда б не дар твой петь, ты умер бы давно).

5
Чрез страну и её города, словно пышные перси весны, что колышет дыханье,
Закоулками, краем дубрав вековых,
где едва показались фиалки,
проникая сквозь сизой листвы бесконечную гладь,
Средь межей, разделяющих травы в бескрайних полях,
Позади оставляя, как копья, побеги желтеющих злаков,
устремленные к небу из каждого зернышка,
легшего в бурую почву, как в саван,
Проходя мимо яблонь в садах, что усыпаны цветом зари и жемчужного снега,
Провожая умершего к месту, где должен он быть упокоен,
Неусыпно ночами и днями везут его гроб.

Оригинал:

When Lilacs Last in the Dooryard Bloom’d

Walt Whitman


1
When lilacs last in the dooryard bloom’d,
And the great star early droop’d in the western sky in the night,
I mourn’d, and yet shall mourn with ever-returning spring.

Ever-returning spring, trinity sure to me you bring,
Lilac blooming perennial and drooping star in the west,
And thought of him I love.

2
O powerful western fallen star!
O shades of night—O moody, tearful night!
O great star disappear’d—O the black murk that hides the star!
O cruel hands that hold me powerless—O helpless soul of me!
O harsh surrounding cloud that will not free my soul.

3
In the dooryard fronting an old farm-house near the white-wash’d palings,
Stands the lilac-bush tall-growing with heart-shaped leaves of rich green,
With many a pointed blossom rising delicate, with the perfume strong I love,
With every leaf a miracle—and from this bush in the dooryard,
With delicate-color’d blossoms and heart-shaped leaves of rich green,
A sprig with its flower I break.

4
In the swamp in secluded recesses,
A shy and hidden bird is warbling a song.

Solitary the thrush,
The hermit withdrawn to himself, avoiding the settlements,
Sings by himself a song.

Song of the bleeding throat,
Death’s outlet song of life, (for well dear brother I know,
If thou wast not granted to sing thou would’st surely die.)

5
Over the breast of the spring, the land, amid cities,
Amid lanes and through old woods, where lately the violets peep’d from the ground, spotting the gray debris,
Amid the grass in the fields each side of the lanes, passing the endless grass,
Passing the yellow-spear’d wheat, every grain from its shroud in the dark-brown fields uprisen,
Passing the apple-tree blows of white and pink in the orchards,
Carrying a corpse to where it shall rest in the grave,
Night and day journeys a coffin.

Продолжение следует...