С Днём Чудака, коллеги!

   В нашу бытность студентами на кафедре физхимии в далёкие 60-е годы прошлого века, мы решили начать выпуск собственной кафедральной студенческой стенгазеты под скромным названием "Мю-Мю". Если кто-то вспомнил известное литературное произведение, то он ошибся. Никакой аналогии. Название стенгазеты было строго научным, ибо мы все, как один, состояли в Студенческом научном химическом обществе им. Д. И. Менделеева. Мю(;) это 12-я буква греческого алфавита, а для любого химика - это химический потенциал системы. Почему он был повторён через дефис? Да потому что день выпуска первого номера нашей стенгазеты было 1 апреля 1968 года. За окнами химфака уже бушевала Пражская весна, правда, мы ещё этого не знали. Мы просто вдыхали весенний воздух и нам было немного за 20. Делали мы её всей группой. Я стал главным редактором, а Александр Голец главным художником. Ничего особенного в нашей газете не было, кроме того что до этого стенгазета на факультете была только одна на все шесть кафедр, и выпускалась под контролем партбюро. Даже выпуск нашей газеты в День дурака, как и все материалы, был согласован с секретарём партбюро. Но в центре самого большого листа ватмана, который на тот момент можно было найти в СГУ им. Н. Г. Чернышевского, была Александром приклеена фотография Осла с очень большими ушами и белозубой улыбкой. Как известно, это домашнее животное всегда ассоциировалось с низким уровнем, нет, не социальной ответственности, а интеллекта. Думаю, что и это даже самые косные преподаватели-ретрограды смогли бы пережить. Но под фотографией Александр не очень крупными буквами написал: "С днём знаний, коллеги!" Нам всем было ясно, к кому обращается Осёл: конечно же, к студентам! И даже слово "знаний" не вызвало протеста, поскольку выступало в качестве первоапрельской шутки. Но через 10 минут после того, как газета была прикреплена к стене на территории нашей кафедры, около неё не просто толпился народ, К ней было невозможно подойти. Конечно, это были, в основном,  студенты химфака. Но через 30 минут стенгазету читали студенты разных факультетов, а потом преподаватели, а потом члены парткома СГУ, поскольку наиболее  близкие к знаниям коллеги стали звонить в партком с требованием лишить результат нашего творчества возможности быть прочитанным народом. Как потом мне рассказала секретарь нашего факультетского партбюро, решение о снятии принималось тяжело, и не в связи с художественной ценностью нашего издания, а в связи с невозможностью подойти к стенгазете. Делать же это на глазах студентов никто не решился. К вечеру стенгазета всё-таки была удалена без последствий для членов редколлегии. Но уже на следующей неделе на одной из кафедр физфака появилась подобная газета и пошло-поехало. В итоге выпуск студенческих кафедральных стенгазет был одобрен парткомом, как новый этап в развитии студенческого самоуправления. Система ещё имела высокий химический потенциал.


Первоапрельское

Всё к лучшему. И всё от нервов.
И без надежды на успех
апрельским розыгрышем первым
летит с небес нежданный снег.
Летит и кружит белой стаей,
жить убеждая не по лжи...
На тёмном очень быстро тает,
на светлом – тает, но лежит.
И мир светлеет постепенно,
где нас не втаптывают в грязь,
где март не чувствует измены,
хоть расстаёмся с ним, смеясь.
Где с нами снова наша правда,
где Время не перечит нам,
и наше счастье множит на два,
всё остальное – пополам!
Смешав со следствием причину,
не обмани, нас разыграв,
возьми себе ту половину,
в которой я один не прав.

***
Если локоть
ты вдавишь в колено
и упрёшь
подбородок в кулак,
ты Мыслитель, ; сие несомненно,-
но зачем ты разделся,
дурак?