За три минуты до весны. Нежеланный праздник

Глава 9. Нежеланный праздник

Брюс, мой брат, решил устроить грандиозное празднование своего дня рождения, и, признаться, эта новость не вызвала у меня особого восторга.

"Брат, только попробуй пропусти мой день рождения, я больше не буду с тобой дружить!" – с шутливой угрозой заявил он. – "Там будут все мои друзья."

"Ну что ж, похоже, у тебя и правда соберётся весь свет общества," – ответил я, пытаясь замаскировать своё настоящее чувство под колкой шуткой. – "Даже немного завидую. Ладно, я буду."

Шумные компании – это совсем не моё. Я по натуре интроверт, предпочитаю уединение и тишину. Каждая минута для меня ценна, и я тщательно планирую свой день, чтобы иметь возможность побыть наедине с собой и своими мыслями.

Одиночество стало моим постоянным спутником, и, честно говоря, я уже привык. Единственное, что меня по-настоящему спасает, это работа. Я погружаюсь в неё с головой.Это как наркотик, который помогает забыть обо всём – о прошлом браке, о Джейн…

Мой прошлый брак… это был настоящий кошмар. Когда я вспоминаю о нём, внутри всё сжимается, и осадок на душе становится ещё сильнее. До сих пор слышу её слова, как будто это было вчера: "Ты – пустое место. Всем от тебя нужны твои деньги". Эти слова, как снежный ком, копятся в моих мыслях, хотя прошло уже достаточно времени. Они въелись в меня, и я не могу от них избавиться.
После этого горького опыта я пришёл к выводу, что семейные узы – это скорее цепь на шее, чем что-то ценное.

Я всегда старался избегать поверхностных отношений, хотя вокруг меня и было много привлекательных и ухоженных женщин. Мне казалось, что их интерес ко мне был скорее расчетливым, основанным на моих деньгах и высоком статусе, и это меня совершенно не привлекало.

Я так долго стремился найти ту самую, настоящую, искреннюю связь, но каждый раз оказывался на своеобразном прослушивании, где меня оценивали не по душевным качествам, а по толщине кошелька.

В наше время знакомства часто превращаются не в поиск родственной души, а в холодный и трезвый расчёт. За привлекательной внешностью, безупречными манерами и очаровательной улыбкой скрывается не живое сердце, а калькулятор, который прикидывает, настолько ты "выгодная партия". Для многих женщин любовь стала не чувством, а скорее тщательно спланированным проектом. Отношения же воспринимаются как сделка, требующая постоянных вложений, возведения для "принцессы" некоего идеального мира, но взамен не дающая ни грамма подлинной душевной близости.

После череды таких "кастингов" я пришёл к горькому, но твердому осознанию: я больше не хочу участвовать в этой игре, где чувства обесцениваются и становятся лишь предметом торга. Я понял, что в этих блестящих дворцах, построенных на расчёте, истинное счастье найти невозможно. Поэтому я принял решение навсегда закрыть эту главу своей жизни.

Я жил своей жизнью, и, казалось, всё было понятно. Но потом, как гром среди ясного неба, случился один совершенно неожиданный поворот. Он перевернул мой мир с ног на голову, заставив меня пересмотреть абсолютно всё – моё отношение  к  институту брака, да и вообще к жизни в целом.

Надвигался праздник, который я, честно говоря, не ждал. Да и самочувствие оставляло желать лучшего: уже несколько дней меня мучил дискомфорт в животе, иногда поднималась небольшая температура. Я отмахивался от этих симптомов, глуша боль таблетками.

Я уже собирался отказаться от приглашения, когда зазвонил телефон. Это был Брюс.

— Брат, выручай, — услышал я его голос. — Моя машина сломалась. Мы с Энн в мастерской, и я никак не успеваю забрать Сару. Я же ей обещал, что заеду, она ждёт. Сможешь её отвезти? Путь неблизкий.

— Хорошо, — выдавил я сквозь зубы.

Сара… В моих глазах она была легкомысленной, не слишком умной, взбалмошной девчонкой, которая сначала делала, а потом думала. «Что мой брат в ней нашел? — недоумевал я. — Обычная серая мышь, таких полно». С самого первого знакомства я испытывал к ней сильную неприязнь.

Я оказался перед каким-то обветшалым строением. Адрес, продиктованный братом, был точным, но место выглядело настолько неприглядным, что я засомневался. И тут, словно из ниоткуда, у этого здания появилась она. Девушка в длинном красном платье, чья красота казалась неземной. Я почувствовал, как по телу пробежал электрический разряд. Каково же было мое изумление, когда я понял, что это Сара. Едва сдерживая восхищение, я поздоровался с ней.

Мы отправились в путь, который оказался неблизким. Я ощущал, что она рядом со мной чувствовала себя неловко. И, что самое странное, я сам смущался, не зная, о чем говорить. Такое со мной случилось впервые. Чтобы скрыть свои истинные чувства, я надел маску надменности и холодности, и она, кажется, не разгадала моей растерянности.

Внезапно, посреди незнакомой, густой лесной чащи, мой верный автомобиль издал последний вздох и затих. Осознание того, что я совершенно потерян, нахлынуло с неприятной остротой.

"Чёрт возьми, кажется, мы заблудились. Вот же знал, что не стоило мне вообще сюда ехать, на этот дурацкий праздник! Теперь застрял, да ещё и с тобой... Романтика, блин," – проворчал я, чувствуя, как внутри всё кипит от досады.

Наша перепалка с Сарой только подлила масла в огонь. Эта дерзкая девчонка, такая непокорная... Мысль о том, что можно влюбиться в кого-то подобного, вызвала внутренний протест.

В поисках помощи мы пробирались сквозь заросли. Внезапно, острый, невыносимый удар пронзил живот, словно сотни ледяных кинжалов.

"Где болит?" – встревоженно спросила Сара. Я отвечал на её вопросы, и в этот момент мелькнула мысль: "Она настоящий профессионал". В её глазах я увидел страх и беспокойство, но она умело скрывала их за маской решимости. Она пыталась поддержать меня морально, и это стало ещё одним открытием в ней.

Когда меня стошнило на свой дорогой костюм, моя гордость была поражена. Я еле выдавил из себя: "Прости, мне неудобно". Я уже приготовился к насмешкам Сары, но когда она сказала, что мы стали как родные, я был просто поражен её добротой.

Когда силы начали оставлять меня, она, опираясь на своё хрупкое плечо, помогла мне идти.

Обращаясь к ней, я почти взмолился: "Пожалуйста, Сара, я больше не могу. Мне так плохо, так болит... Ты иди, а я здесь останусь." Я отчаянно хотел, чтобы она ушла, чтобы не видела, как я окончательно сдаюсь.

Её слова: "Я тебя не брошу, и если понадобится, понесу" – поразили меня до глубины души. Я никогда не встречал такой смелой и решительной девушки. Восхищение захлестнуло меня, и в этот момент я испугался собственных чувств.

Небо разверзлось, и хлынул такой ливень, что мы моментально промокли до последней нитки. Путь к дороге через это болото превратился в настоящее испытание. Казалось, мы то проваливались в вязкую грязь, то с трудом выкарабкивались обратно.
"Кто не падал, тот не поднимался", – прозвучал её голос, пытаясь нас подбодрить в этой непростой ситуации.

Платье Сары, промокшее от дождя, прилипло к её телу, придавая ей вид какой-то неземной красоты, словно она была русалкой – такой притягательной и обаятельной. И вот, в самый разгар всего этого, когда каждая секунда могла стать последней, меня вдруг пронзила мысль о поцелуе. Это было так нелепо, так неуместно! Как я мог думать о таком, когда моя жизнь была под угрозой? Мои мысли о поцелуе казались полным безумием.

Мы наконец-то добрались до трассы, вымотанные до предела. Особенно тяжело пришлось моей спасительнице. Я видел, как она изо всех сил сдерживала слёзы, и мне так захотелось обнять её, как маленького ребёнка, и просто успокоить.

Нам невероятно повезло, что на нашем пути встретился Боб. Этот случайный водитель, не раздумывая, остановился и помог мне забраться в машину. Я был совершенно обессилен, мог лишь склонить голову на колени Сары. Она нежно провела рукой по моим волосам, и это прикосновение было таким утешительным, что боль, казалось, отступила. А её слова: "Потерпи, родной, всё будет хорошо" – стали настоящим бальзамом для моей израненной души.