Голубей белоснежных увижу в окне...

Голубей белоснежных увижу в окне,
Предвещающих божие слово.
Вот оно — предо мною, и было во мне,
Но, по-старому, кажется новым.

Почему же искал я другое сперва
И кружился оторвой-листвою?
Назовут ли потом в честь меня острова
И откроют ли чудо восьмое?

Откопаю я залежи писем и книг,
Что отыщется в них? Те же строки.
Они были до нас, до невольных расстриг,
Словно мат в общежительной склоке.

Что-то сдавит невидимым грузом в груди
И восстанут сторонники Хама!
Хоть для сотни народов ты переведи,
Та же участь апокрифы ждёт впереди
За оградой сожжённого храма.

И писать про юродство славянских берёз
Есть ли смысл? Я с сумою заплечной
По глубинкам хожу. Говорят, не дорос
До поэзии истинной, вечной.

Почему же меня вы ещё не на «вы»?
Как сейчас на шедевр замахнёмся!
И увидят героя всех передовых!
…
Улыбнётся вдруг небо в объятьях земных,
И послышится шёпот, как шелест травы:
— Ты пиши… А потом разберёмся.

© Алексей Ярославский