Старый дуб

Я в нем души не чаю! Когда в полдневный жар
Он вновь меня встречает – великолепный парк.
Когда укрыв от солнца зеленою стеной,
Шумят дубы и сосны, качаясь надо мной.

Где утопая в небе, как в седине богов,
Висят белее снега громады облаков.
Что я готов часами сидеть, забыв про зной,
И слушать как вскипает симфония волной.
 
Как крепнет с каждым мигом меж мной и сущим связь:
Поют с ольхою липа, и клен, и ель, и вяз.
И каждый в этом хоре, вступая в свой черед,
Всю партию в мажоре торжественно ведет.
 
Хоть редки наши встречи, в назначенный журфикс,
Сольются смех и речи под щебетанье птиц.
Где патриарх могучий, бросая строгий взор,
Стоит, нависнув тучей, дуб грозный – дирижёр.
 
Пусть на огромных пальцах потрескалась кора,
Но лишь ему подвластны и звуки, и века.
Он мерит жизнь не днями: древнее, чем иврит,
Он весь ушел корнями в глухой палеолит.
 
В лучах тысячелетий, сверкая серебром,
Он как мудрец столетний, библейский Соломон.
Один над целым миром, рукой взмывая вверх,
Без нот и без пюпитра льет музыку с небес.