До дна

«А потом заигрались. Найдётся причина сперва,
ну, а после — в атаку, солдаты, чего заробели.
Это место боёв, это Рим, пораженный в правах,
это просто любовь, казус белли, мой свет, казус белли.»

Винил

31.03.2026

Это битва, бывает до ссадин, бывает до дна...
Эти тихие вздохи надорванной ранами плоти,
страх тоски наведённой пугающим словом «одна»,
и шажки хаотичные, чтобы увязнуть в болоте
из страданий бессмысленных, похоти лезущей в пульс...
Не свинцом посечёт, так задушит в удавьих объятьях.
Белый флаг поднимая, лелеешь: «сбегу, отрекусь», —
и опять примеряешь соблазна ажурное платье...
Это девочка-нежность, которая ланью летит,
на прикрытые дзоты коварства с гнездом пулемётным,
это ушки доверия, что поддаются на стих,
на подслащенность лести, поддакнувшей лаем койота...
И пустая надежда, живучая словно сорняк,
крепким корнем проросшая в самую мякотку сердца.
Не исторгнуть забвением и матерком не унять,
а туман будто саван, в нём негде и некуда деться...
Плачет девочка-лань, оказавшись в ментальных силках,
на неё равнодушно взирают столетние ёлки,
эта сага страданию не полиняла в веках,
чтоб рвалИсь на флажки безнадёги матёрые волки,
поддаваясь на страх, подпуская коварную смерть,
и скуля о несбывшемся под равнодушие елей.
Будто эхом докатится тихое: больше не сме...
И химера любви, заслонённая казусом белли...