На лице земли содрогаются реки и берега...
Мы зовем это сотрясением, а река
точно знает, она — не Янцзы, не Ока, не Нил;
просто бровь, ползущая вверх и вниз.
Бровь тяжелая, насурмленная в черный дым.
А ниже — льды.
Лед стоит и стоит перед выбором голова.
Я должна быть при Боге или права?
И куда-то бежать, догадываясь сквозь жар:
почему-то к Богу нельзя бежать.
Почему-то от скорости только мутит
и тошно идти.
Я теперь у Москвы-реки. Голова — валун.
Не смотри ты в нее, не балуй и не балуй:
не балуй вообще, а конкретно ее — не балуй,
потому что землетрясение — десять баллов,
потому что пора пугаться: в конце концов,
это трясется мое лицо.
Свидетельство о публикации №126033106088