Профессия будущего

Машина просит: «Опиши рассвет»,
она не знает, что такое ветер;
не понимает вкусен ли обед
и от чего смеются в парке дети.

Он ел клубнику, получив наряд
подробно описать её кислинку;
и гладил кошку сотню раз подряд,
чтоб передать, как чувствует шерстинки.

Он чувствовал — и это шло в отчёт,
он жил — но это числилось работой;
оплачивалось абсолютно всё:
от вдоха, до последней капли пота.

На поезде он всматривался в даль;
ходил босым по утреннему пляжу -
всё заносилось автоматом в файл,
не требуя его усилий даже.

Он трогал стены, пробовал кору,
смотрел на птиц и слушал Травиату -
всё для того, чтоб рано по утру
отправить записи и получить оплату.

Он чувствовал — и данные текли,
он жил — но это значилось процессом;
оплачивались даже пустяки —
вплоть до случайных всплесков интереса.

Он перестал себе принадлежать
и стал простою штатной единицей.
Пришёл запрос – купил себе лежак;
пришёл другой – пошёл и начал бриться.

За страх и боль он получал вдвойне,
за ощущение любви платили бонус;
был оффер поучаствовать в войне,
но он сказал: «Туда я не притронусь.»

Дороже всех оплачивалась смерть —
за полный спектр последних ощущений.
Финальный уникальнейший трансфер
всё покрывал собой - без накоплений.