Симбиоз

Это было воскресное утро. Я проснулся, и передо мной встала привычная картина: стол, заваленный тетрадями, над ним карта, которой я пользовался год назад. У шкафа стояла гитара. Не то чтобы я о ней забыл, но хранить её было негде. Из кухни было слышно, как в чайнике кипит вода.

Едва я огляделся, как дверь моей спальни открылась.
— Спишь? — спросила мама, переступила порог комнаты, отметила беспорядок на столе и снова посмотрела на меня.
Я отрицательно покачал головой, потёр глаза и сел на кровати с улыбкой, зная, что сегодня выходной день.

После завтрака принялся за уроки. Яркое солнце напоминало мне: скоро каникулы. Чтобы оно не било по глазам, я придвинул штору. Свет всё ещё радовал меня, а написанное в тетради было видно лучше.
Математика мне нравилась, но всё иногда допускал ошибки. То пешеход у меня шёл 900 км/ч (из-за неправильно поставленной запятой в столбике), то поезд ехал со скоростью улитки — перепутал дроби.
Вычисления я закончил к полудню, однако это было только полбеды. Мне предстояло выучить стихотворение — а я совсем этого не умел, и высшая отметка, которую получал за выразительное чтение, — тройка. Прочитав несколько раз, я пытался пересказывать, что получалось нелепо. Зато представлять, как на меня посмотрят одноклассники после такого выступления, получалось прекрасно.
Я учил его до обеда. Что-то даже запомнилось. У меня было два дня на то, чтобы выучить произведение, остальное лениво отложил на следующий день. Я расправил кровать и лёг спать, учебник литературы небрежно кинул на стол. Уснул я быстро, хотя в мыслях ещё крутились строчки стихотворения.

В понедельник я как обычно встал рано, собрал портфель, позавтракал и почистил зубы. По дороге мой взгляд задержался на рассвете, в котором можно было увидеть все цвета радуги. Именно это меня и очаровывало в утреннем небе: каждый раз разное, но всегда прекрасное.
Я поправил галстук и собрался с мыслями перед входом в школу. Войдя в класс, я положил портфель и оглянулся. Я нашёл глазами лучшего друга, он тоже заметил меня, и через пару секунд мы разговорились. Оказалось, у меня и Димы очень много интересного случилось за выходные.
Когда до урока осталось чуть больше минуты, я пошёл к своей парте готовиться к уроку. Я не мог найти ручку, но мои поиски вскоре прекратились. Ко мне подошла одноклассница, которой по глупости наговорил комплиментов, чтобы она дала списать самостоятельную работу. Алина заговорила со мной, не знаю, чем я ей был так интересен, она сказала мимолётом:
— А ты стих выучил? Или как всегда будешь Татьяне Александровне глазки строить?
Я заволновался и сказал с усмешкой:
— Обижаешь! Конечно выучил!
Я рассмеялся, и прозвенел звонок. Урок биологии тянулся долго, в тетради у меня была только тема: «Симбиоз». Примеры, которые нам приводил учитель, казались неподходящими, а вот у меня — да, симбиоз! Алина мне ответы, а я ей стихотворение наизусть.

На перемене я собрал вещи и подошёл к парте друга, сказав ему взволнованно:
— Дима, вот я дурак! Я Алине сказал, что стих выучил, а сам первое четверостишие еле-еле вспоминаю!
Ручка, которую я не мог найти перед уроком, выпала из бокового кармана рюкзака. Я поднял её, положил обратно и спросил спокойнее:
— А у тебя как со стихотворением?
Дима подумал немного и сказал:
— У меня-то? У меня всё хорошо с этим, я выучил. Я вот задачу по математике решить не могу никак.
Я ответил не думая:
— Задачу? Давай помогу! А ты мне стих выучить поможешь! Вот это... Вот это у нас симбиоз! — воскликнул я радостно.
Дима рассмеялся и согласился. Я продиктовал ему решение задачи и объяснил тему, после спросил нетерпеливо:
— Так как ты эти стихи учишь?
Друг пожал плечами и ответил:
— Да так и учу. Читаю четверостишие, повторяю его про себя. Если и это не получается, по две строчки запоминаю. Перескажу, потом два четверостишия вместе, — улыбнулся ещё шире. — А ты как? Ходишь и мучаешься?
Я посмеялся:
— Примерно так. Ладно, умник, давай по-твоему.
Мы начали учить стихотворение. Иногда я забывал даже то, что раньше знал лучше всего. Однако должен признать, дело пошло быстрее по его методу. К концу учебного дня я его выучил с помощью Димы, оставалось только не забыть.

Дома было тихо и уютно, из гостиной было слышно, как по телевизору показывают мамин любимый сериал. Он, на мой взгляд, немного банальный, но душевный. Я повторил стихотворение, казалось, каждое его слово сказал уже тысячу раз за сегодня. Даже успел поиграть на гитаре пару песен, но, конечно, я волновался о завтрашнем дне.

Наконец наступил вторник. Собираясь утром в школу, я не мог не переживать. По дороге в школу повторил стихотворение, убедившись, что знаю его. Поднял глаза — утреннее небо было так же прекрасно. Урок литературы по расписанию был первым. Вход в школу уже украсили к Девятому мая.
Несколько ребят просматривали плакаты, я не стал задерживаться. Каждый год вешают одно и то же.
Я зашёл в класс, поболтал с Димой, во время разговора с другом заметил на себе взгляд Алины. Пересказал произведение в последний раз и со звонком сел за парту. Я видел, как выступали другие дети. Кто-то довольно лаконично, другие — явно не торопясь. Некоторые, как и я раньше, забывали каждое второе слово. Были и те, кто всё помнит, но это меня не особо интересовало.
Я ждал, когда меня вызовут к доске, нервно постукивая ручкой по колену под партой, но фамилию никак не называли. Оставалось десять минут до конца урока. Я уже не думал, что это случится, но моя фамилия прозвучала, я взглянул на учебник в последний раз и вышел. Повернулся к одноклассникам, открыл рот и понял, что помню всё, кроме одного — названия.
Я стоял пару секунд молча, не зная, что делать. Татьяна Александровна смотрела на меня, думая, что я собираюсь с мыслями. Я поглядывал то на Диму, то на учительницу.
Алина наблюдала за мной недоуменно, как и все одноклассники. Мне было ужасно стыдно, казалось, это провал. Я решил хоть что-то сказать:
— Татьяна Александровна, можно повторить?
Она, окинув меня недовольным взглядом, дала мне минуту, а в это время вызвала другого ученика. Я прочитал название несколько раз и убедился, что запомнил его, затем пересказал мысленно стихотворение. Наблюдая за одноклассником у доски, я думал: это будет вечность.
После его выступления снова вышел к доске, рассказав стих на одном дыхании, что даже для меня было неожиданно. Я сел обратно с облегчением. Положил ручку в пенал, поправил рукав и посмотрел на Диму с благодарностью.
Я отвлёкся, напоследок окинув коротким взглядом Алину. Её вызвали следом, я уже был готов как всегда услышать её идеальный рассказ, но этого явно не произошло. Она встала из-за парты, Учительница кивнула ей, чтобы она начала.
Её чтение было разрывным, неуверенным. Я не имел права осуждать её — сам таким был. Я подсказал ей пару строк незаметно, и она получила тройку. После урока она поблагодарила меня за подсказку. Я посмеялся, пожал плечами и ответил:
— Симбиоз!..