Дневник Верочки 6 часть

  — Светлана, что-то мы с тобой заговорились и совсем забыли о детях, — забеспокоилась Лида, окинув взглядом аллеи парка. — Мальчишки катаются, а Верочки поблизости не видно… Странно всё как-то.

В это время подъехали ребята. Раскрасневшийся и запыхавшийся Славик вытер лоб рукавом:
  — Мама, у тебя есть что-нибудь попить? — спросил он у Светланы. — Душно, словно лето вернулось…

Светлана засуетилась, порывшись в пакете, нашла бутылку с минеральной водой. Ребята наперебой налетели на минералку, будто никогда воды не видели: передавали бутылку из рук в руки.

  — Вовка, ты Верочку нигде не видел? — настороженно поинтересовалась Лидия у стоявшего рядом сына.
  — Нет, не видел, — пробубнил запыхавшийся Вовка. — Она же от вас далеко не отходила…
  — Свет, — голос Лидии дрогнул, — чует моё сердце, что-то неладное.
  — Подожди, подруга, не паникуй раньше времени, — Светлана положила руку ей на плечо. — Найдём мы Верочку, обязательно найдём. Позвони ей на сотовый.
  — И правда… — Лида машинально набрала номер дочери, прижала телефон к уху. Секунды тянулись мучительно долго. — Абонент вне зоны доступа, — её голос дрогнул. — Скорее всего, сел смартфон. Этого сейчас не хватало… Где же она может быть?

Лидия обхватила себя руками, взгляд метался по парку — в груди всё клокотало, нарастала тревога.

  — Может, она отошла куда-то? — предположила Светлана. — Вспомни, где она любит бывать. Есть у неё любимое место?

Лида на мгновение замерла, потом глаза её расширились:

  — Старый мост через речку! На окраине парка. Мы там часто кормили уток…

  — Тогда идём туда! — решительно сказала Светлана. — Славик, Вова, вы со мной — прочёсываем дорожки слева. Лида, ты иди прямо к мосту, это самый короткий путь. Встретимся там.

Все бросились в разные стороны. Лидия почти бежала, сердце колотилось так, что отдавалось в висках. «Только бы с ней всё было хорошо, — молилась она про себя. — Только бы успеть…»

…Тем временем Вера всё ещё сидела на скамье у моста, сжимая в руке красный лист. Слезы высохли, оставив после себя тяжесть и пустоту. Она не слышала шагов, пока рядом не раздался голос — тихий, родной:
  — Верочка… — мама опустилась перед ней на колени, обхватила её лицо ладонями. — Доченька, вот ты где! Я так испугалась…

Вера подняла глаза. В мамином взгляде было столько тревоги и любви, что внутри что-то треснуло. Она бросилась к ней в объятия, уткнулась носом в плечо и наконец разрыдалась по-настоящему.


  — Мам… мам, я всё знаю, — сквозь всхлипы прошептала она. — Про развод с папой.

Лидия застыла на мгновение, потом крепко прижала её к себе. В это время подошла Светлана с мальчишками.

  — Девчонки, что тут у вас произошло? Всё хорошо или всё-таки нужна помощь? — спросила она.

  — Теперь, наверное, всё будет хорошо. Мы с дочерью сможем поговорить. Думаю, мы поймём друг друга.

  — А вообще давайте завершим нашу встречу чаепитием у нас в доме. Василий сказал, чтобы я без вас дома не появлялась. Давно мы не собирались веселой компанией.
  — Светлана, я бы с удовольствием, но сейчас мне не до веселья. Сама видишь, что у нас творится, мы с ребятами лучше домой.
Что вам дома делать? Думаю, Верочка и Вовка будут не против. Мы с тобой накатим по маленькой. Вспомним былые времена.
  — Мама, соглашайся, — пришли на помощь Светлане дети.
  — Ну же, Лидок, когда в следующий раз встретимся…
Сил на сопротивление совсем не осталось. Пришлось последовать за подругой. Хотя проживали они в пяти остановках от парка.

В автобусе Светлана позвонила супругу, сказав, что всё в силе и пусть он готовится к встрече гостей.

Вечер у Светланы и Василия получился неожиданным — одновременно и грустным, и светлым. Дом подруги встретил Лидию и детей теплом и ароматом свежезаваренного чая с мятой и мелиссой. Василий сразу взял дело в свои руки: помог раздеть ребят, усадил всех за большой деревянный стол, накрытый клетчатой скатертью.

  — Ну-ка, давайте согреемся! — бодро произнёс он, разливая золотистый чай по пузатым кружкам. — У нас тут и печенье домашнее, и варенье из чёрной смородины — Светлана сама варила.

Вовка и Славик тут же оживились: запах выпечки и сладкое обещание десерта мгновенно переключили их внимание с тревог на радость. Мальчишки устроились в уголке с тарелками печенья и планшетами, а взрослые расположились у камина.

Сначала говорили о пустяках: вспоминали школьные годы, смеялись над старыми шутками, делились новостями. Светлана ловко поддерживала разговор, подбрасывала воспоминания одно за другим — так, что Лидия понемногу расслабилась, улыбнулась пару раз искренне, без напряжения. Вера сидела рядом с мамой, время от времени бросая на неё осторожный взгляд. Хотелось обнять маму, сказать что-то ободряющее, но слова не находились.


Потом разговор сам собой свернул к тому, что тяготило Лидию. Светлана, будто почувствовав момент, мягко спросила:

  — Лидок, а ты когда в последний раз о себе думала? Не о детях, не о Вадьке, а просто — о себе? Помнишь, как мы мечтали после школы: путешествовать, учиться чему-то новому, жить на полную катушку?

Лидия вздохнула, посмотрела в окно, где уже сгущались сумерки:

  — Да кто ж знал, Свет… Сначала Верочка родилась, потом заботы, работа, Вовка… А Вадик… Он ведь и правда когда-то был другим. Помогал, заботился, цветы дарил просто так. А потом всё как-то… размылось.

Вера почувствовала, как внутри всё сжимается. Она решилась:

  — Мам, я видела его с ней, — тихо сказала она. — В пятницу. Они стояли на улице, он улыбался ей по-особенному, не так, как тебе. А потом она появилась у нас — фельдшер, которая меня осматривала. Это была она. Вера не стала говорить о прочитанных сообщениях, видя, как мама менялась в лице.

Лидия замерла. Лицо её побледнело, в глазах отразилась боль, которую она так долго старалась спрятать. Она знала обо всём, что связано с изменами супруга. И знала молоденькую бестию, что охмурила мужа. Сейчас она беспокоилась о дочери. Нельзя впутывать детей в проблемы родителей. Голова неожиданно закружилась. Светлана тут же взяла подругу за руку:

  — Как он мог… — вырвалось из груди Лиды. — Как он мог впутать дочь в свои грязные дела. По-другому измену я назвать не смогу. Подлец! Сегодня же соберу его вещи и пусть катится к ней на ПМЖ. Сколько можно терпеть его похождения. Я думаю, многие мужчины изменяют, но держат это в секрете.

  — Лида, да успокойся, ты его совсем не стоишь. — Пришла в негодование подруга. Знаешь что я тебе скажу, она у него ни первая ни последняя. Вспомни первую измену, сколько бессонных ночей у кроватки Верочки в ожидании, когда супруг вернётся с гулянки. Ребенок больной, а ему дела нет до этого. Всё повторяется. Додумался вызвать свою шлюху, не побоюсь этого слова, к больному ребенку. Хватит о нём, нам не о чем поговорить.

В разговор вмешался долго молчавший Василий:
— Лидия, вы с детьми — самое ценное, что есть. И если кто-то не способен это ценить, значит, он просто не достоин быть рядом. Вы заслуживаете уважения и настоящей любви.

В комнате повисла тишина. Вера сжала руку мамы, боясь, что та расплачется. Но Лидия вдруг выпрямилась, глубоко вздохнула и неожиданно улыбнулась — слабо, но твёрдо:

— Девчонки, а я ведь и правда заслуживаю лучшего. Сколько лет я терпела, прощала, надеялась… А счастье, выходит, было рядом всё это время — в детях, в дружбе с тобой, Свет. И в людях, которые меня по-настоящему ценят.

Светлана обняла подругу, прижала к себе:

— Вот и умница! А то ходила, как тень. Теперь давай жить по-новому. И вообще, подруга, давай споем нашу песню. Надеюсь, не забыла, как мы с тобой пели в молодости.
— Светка, боюсь, сейчас не получится как раньше.
— А ты не бойся, посмотри, какая у нас дружная компания, все нас поддержат. А Василий подпоёт.
— Конечно, давно не слышал, как вы пели. Помню ваши победы на конкурсах.
— Мама, а почему я об этом ничего не знаю?
О-о-о ты много чего о своей маме не знаешь. Но всё можно исправить. Попроси её спеть, — Светлана улыбнулась, глядя на Верочку. — Она стесняется.

Но в этот раз Лидия была непреклонна.
— Девчонки, как-нибудь в другой раз. Ещё не раз встретимся, вот только семейные дела свои улажу. А сейчас нам пора домой, темнеет уже, завтра на работу, детям в школу. Понедельник для меня день тяжёлый.


  — Мам, а мы можем сюда ещё прийти? —   шёпотом спросил Вовка у Лидии. — Тут так здорово!

  — Конечно, сынок, — улыбнулась Лидия. — И не раз. А сейчас нам пора, придется вызвать такси. Сегодня получился замечательный день, давно я так не отдыхала. Спасибо вам, ребята, за гостеприимство.

  — Лидочка, мы всегда вам рады, — засуетился Василий. — Даже не хочется, чтобы вы уходили. Можно я скажу тебе по секрету на ушко: ты мне всегда нравилась как женщина.

  — Да у тебя Светлана — золото. Живи и радуйся.

  — А я что, я так и делаю. Поверь мне, никто кроме супруги не нужен. Она моя Джульетта.

  — А ты значит Рамео, да... — Улыбнулась Вера.

  — Почему бы и нет?
О, о, о, вот и такси подъехало, всё, теперь действительно пора.

Василий чмокнул Лидию в щёчку — до встречи.

По дороге домой Лидия держала дочь за руку. Вовка, уставший и сонный, дремал на заднем сиденье.

  — Мам, — тихо спросила Вера, — а мы правда будем счастливы без папы?

  — Обязательно, — уверенно ответила Лидия.

  — Потому что мы есть друг у друга. А это самое главное.

Когда Лидия с детьми вернулась, супруга не оказалось дома, а на кухонном столе лежала записка: Лида прости. Неожиданная командировка.

«Знаем мы твои командировки!» — вырвалось у неё. А записка отправилась в мусорное ведро. Может быть, всё к лучшему. Вещи собрать недолго. Видимо, люди не меняются. Перед тем как ложиться спать, Лида решила заглянуть к детям. Вовка уже спал, она поправила сбившиеся одеяло и выключила ночник.

Вера ещё не спала, а сидела за письменным столом.
  — Доченька, ты почему не ложишься? — спросила мама тихо, заглядывая в комнату.
  — Мама, а папа от нас ушёл? — Задала Верочка встречный вопрос.
Разговор с дочерью был коротким. Лидия не желала причинить боль дочери. Дочь всё-таки любила отца по-своему. И переживает не меньше её, как она раньше этого не заметила.

  — Жизнь сложная штука, Верочка, и чтобы всё понять, порой времени не хватит. Ложись отдыхай, милая, — слетело с уст матери.

Как только мать вышла из комнаты, Вера достала свой дневничок, открыла его на нужной странице. Посидела немного задумавшись, но только писать ничего не стала. Действительно, жизнь сложна, особенно сейчас для неё.


     Марина Мальцева   
г.Красноярск, 31.03.2026г