Лица наших улиц

Длинных улиц чумазые лица
Над проспектом склонившихся стен,
И покой - это то, что им снится
В предрассветный короткий момент.

Когда совы уже засыпают,
Ну, а жаворонки лишь встают,
Они, скромно во мгле улыбаясь,
Колыбельную тихо поют.

Ой, ты, город - родные пенаты,
Поцелуй на прощанье любя.
Был я отрок, теперь же в солдаты
Наша Родина прочит меня.

Я сменю свои "найки" на берцы,
Брошу в сторону школьный рюкзак.
И звучит колыбельная в сердце:
"Поскорей возвращайся назад!

Был ты мальчик, а станешь мужчиной
И поймёшь, зачем сила нужна.
Возвращайся скорее, мой милый.
Твоя мать и родная страна!"

Я уйду под "Прощанье славянки",
Что оркестр играет без слов.
Поклянусь, обещая авансом,
Что вернусь, как бы там ни пришлось.

Стук колёс, сухпаёк, канонады...
Письма мама тревожная шлёт,
Что гордится и искренне рада,
То, что любит, и верит, и ждёт.


Длинных улиц разбитые лица
Над проспектом разрушенных стен,
И покой - это то, что им снится
В предрассветный короткий момент.

Когда совы уже засыпают,
Ну, а жаворонки лишь встают,
Они, грустно во мгле улыбаясь,
Колыбельную тихо поют.

Ой, ты, город - родные пенаты,
Не забудь и дождись ты меня -
Возмужавшего сына-солдата,
Поцелуй крепко, нежно любя.

Я протру запылённые берцы,
И надену армейский рюкзак.
И стучит колыбельная в сердце:
"Поскорей возвращайся назад!

Мы гордимся, что стал ты мужчиной,
То, что понял, как сила нужна.
Возвращайся скорее, мой милый.
Твоя мать и родная страна!"

Мы дойдём, наконец, до Славянска,
Это все понимают без слов.
Поклянусь, обещая авансом,
Что вернём, как бы там ни пришлось.

Полрожка и с чекою граната,
Я письмо напишу, что живой,
Хоть не все, но всё ж рядом ребята,
Что вернусь, как закончу свой бой.