Смольный

Эпоха просвещения на взлёте,
Сенсации, потоки новостей.
Дидро, Руссо, Вольтер, Тюрго и Гёте
Европу просветили до костей.

В России неприглядная картина.
Могучий, но дремучий люд мирской
Решила просветлять Екатерина,
А с ней Иван Иванович Бецкой.

Внебрачный сын и княжеский потомок,
Порода есть, и помыслы чисты –
Вытаскивать Россию из потёмок
Вульгарно-балаганной простоты.

Не смеют люди-беды, люди-путы
Быть властию большой облачены,
Не смеют митрофанушки и плуты
Иметь бразды, погоны и чины.

А Смольный – план. Девицы-ученицы,
Воспитывая дочек и сынов,
Посеют споры будущей грибницы
Благих идей и нравственных основ.

Тот новый тренд развития и роста
Пусть обретёт подвижность и размах,
Пусть будут в моде честь и благородство,
А то, что в моде, то и на умах.

И мода эта ширилась и длилась,
(Не зря скрипел пером Денни Дидро),
И вылилась в борьбу за справедливость,
За нравственность, гуманность и добро.

И понеслось! Беда от путешествий,
Крамола из дворянского гнезда,
А следом декабристы, петрашевцы
И русских революций череда.

А дальше планы, стройки, амбразуры,
Горел душою благородный пласт,
Но кланы, птицы-тройки и цензуры
Культурный пласт сменили на балласт.

И пройдена граница невозврата,
Утрачен популяции костяк,
Для будущего горькая утрата,
Для выродцев забава и пустяк.

Потеряны истоки и начала,
Ни уровень не тянет, ни масштаб.
Душа пуста, натура измельчала,
Но Смольный есть, а Смольный – это штаб.

Стоит, курилка, в скуке задремавший,
Хранит секреты памятных страниц,
И гулким эхом этажей и маршей
Зовёт своих пропавших учениц.

Не надо нам чванливых благородий,
Пусть благородство, символ и девиз,
Оттуда расползается и бродит….
Но где найти не девок, а девиц?