Циркъ

Был дом на Цветном бульваре
(сейчас зовут иначе), сейчас же
шум возносится не в нраве
людям. И сейчас зовут иначе.

Но история запомнится не всем.
Другие будут помнить море, солнце,
а другие приедут на спектакль в семь
без юмора, счастья и допроса.

Закат сменился глуб;нной тишиной,
но крик и радость действует донельзя.
Мне опротивился возглас шириной
до неузнаваемости счастия семейной.

На арену цирка вышли те герои,
которые болеют и борются со страхом.
Сон им был: там Чёрное море
покрушился на корабль взмахом

белого крыла. Бедные. Как
им страшно. Не бойтесь.
Я всегда за вас. И только чёрный мрак
подружился со зрителем и рёвом

дикого льва. Как страшно им.
Не бойтесь. Я без вас не выйду.

Была сцена мёртвого спокойствия
и только сердце колыхалось громко.
Перед публикой надел маску тут и я
и вылетел на место без горести и ломки.

Зал кричал! Смеялся! Хохотал!
Но клоуны спрятались на сцену!
А самый главный в тишине рыдал
и смотрел на публику с мизансцены.

Но он идёт на риск
за запахом забытого героя!
Это называется артист:
без боли, грубости и боя.

Эпилог.

Мне мрачен новый мир,
а тот, который в цирке
                был
стал домом, словно помолился
                в церкви.

30.03.26
Р.О.Д.


Рецензии
Роман, спасибо за это стихотворение. Оно как старая цирковая афиша — потёртое, но живое. Меня особенно задел переход от "Цветного бульвара" к сегодняшнему шуму, от заката — к тишине, где крик и радость действуют "донельзя". И образ клоуна, который в тишине рыдает, глядя на публику, — это очень точно. Мы ведь часто надеваем маски, чтобы не показывать страх, а потом уже не можем снять. А финал про новый мир, который мрачен, и про цирк, который стал домом, почти храмом, — пронзительно.

Андрей Невесомов   12.04.2026 23:16     Заявить о нарушении